Неля всегда говорила, что Дарья слишком любопытная и во все дыры нос сует! Ненавижу, ненавижу, ненавижу!
Топая ногами, Аля мотала головой, черные блестящие волосы упали девочке на шею, заколки посыпались на пол. Саша обняла перепуганную Лизу. Ольга бросилась на кухню за валокордином. Хучик выл под торшером, Снап засунул голову под диван, наш ротвейлер в минуту опасности превращается в страуса, главное для него – спрятать морду, а о филейной, мелко дрожащей, выставленной всем на обозрение части он почему-то не беспокоится.
Черри залезла на диван и лаяла, как безумная. Банди, по обыкновению, надул лужу…
– Убить ее мало, – бесновалась Аля, – Дарья меня ненавидит!!
– Что ты, детка, – я попробовала успокоить ребенка, – конечно, получилась ужасная ситуация, но я преследовала благие цели, хотела, чтобы около тебя были родные люди.
– Ненавидит, – не слушала мои речи Аля, – ненавидит! Она маме советовала сдать меня в интернат! Ненавижу, ненавижу! Вечно приходила, улыбалась! Ненавижу! И Машку ненавижу! Дура толстая, кретинка безмозглая! Мама ее мне в пример постоянно ставила: «Ах, Машенька веселая, приветливая, а ты бука».
Ненавижу…
– Молчи! – заорала Маша.
Хучик взвыл еще громче.
– Ненавижу всех, – визжала Аля, потерявшая человеческий облик, – ненавижу! Убить всех, всех, всех… А мама и папа – они-то всем врали…
Внезапно Раиса схватила Алю за плечи, встряхнула и со всего размаха влепила бьющейся в припадке девочке оплеуху. Аля всхлипнула.
– А ну закрой рот, – велела тетка, – немедленно!
Алечка вздрогнула.
– Ты должна молчать, – сурово заявила Раиса, – иначе будет плохо, понимаешь? Ну же, постарайся справиться с собой.
Аля судорожно вздохнула, дернулась, потом закатила глаза и рухнула на ковер, словно ей подпилили ноги. Все засуетились вокруг потерявшего сознание ребенка. Когда быстро пришедшую в себя Алю унесли в спальню, я попыталась встать с ковра, но не сумела, ноги меня не держали.
– Вовсе я не советовала сдать Алю в интернат, – принялась я оправдываться, – Неля жаловалась, что у дочери плохо идет французский, вот я и посоветовала ей отправить Алечку на три летних месяца в Париж, в колледж Святой Магдалины, девочка бы вернулась с отличным словарным запасом.
Неля стала уговаривать Алю, но та не захотела, и идея отпала. Вот уж не думала, что девочка так восприняла мое вмешательство!
– Чего приседаешь?! – рявкнула Зайка. – А то мы не знаем тебя! Выбрось эту ерунду из головы!
– А меня она за что ненавидит? – глотая слезы, прошептала Машка.
