Такая юная, серьезная и непривычная – с кудряшками и без веснушек, которых, конечно, не видно из-за того, что фотографию передержали при съемке. Биргитта плохо получилась на этой фотографии. Она говорила, у нее есть и другая, которая может поднять настроение в трудные дни – мол, все не так плохо.
– Какой план? – крикнул Лебье из кухни.
– Через пятнадцать минут она выйдет из «Олбери». Там ребята закрепляют на ней передатчик.
– Ее довезут до Дарлингхерст-роуд?
– Нет. Мы не знаем, где именно сейчас Уайт. Он может увидеть, как она выходит из машины, и что-то заподозрить.
Она пойдет пешком от «Олбери».
Послышался голос Уодкинса:
– Все отлично. Отсюда можно незаметно наблюдать за ними. Мы все время будем видеть девушку, Хоули. Где ты, Хоули?
– Здесь, сэр. Я услышал. Отлично, сэр.
– Как рация, Лебье?
– Контакт, сэр. Все на местах. Можно приступать.
Харри снова и снова все взвешивал. Находил «за» и «против». Спорил сам с собой. Пробовал смотреть под разными углами. И наконец решил: пусть думает что ей угодно, считает это банальностью, ребячеством, хитрой уловкой.
Развернул принесенную им дикую красную розу и поставил в стакан на ночном столике, рядом с фотографией.
Потом задумался. Вдруг ее это будет раздражать? Что, если Эванс Уайт, увидев розу рядом с кроватью, станет задавать вопросы? Он осторожно потрогал шипы. Нет. Биргитта, наоборот, почувствует его поддержку, это придаст ей сил.
Он посмотрел на часы. Восемь.
– Эй, пора начинать! – крикнул он в гостиную.
Что-то было не так.
Харри не слышал, что они говорят, но до него доносилось потрескивание рации в гостиной. Слишком часто. Все знали, что им делать, и если бы все шло по плану, так часто переговариваться было бы ни к чему.
– Черт, черт, черт! – выругался Уодкинс.
Лебье снял наушники и повернулся к Харри.
– Она не появляется, – сказал он.
– Что?
– Ровно в восемь пятнадцать она вышла из «Олбери». Оттуда до Кингз-Кросс не больше десяти минут ходьбы. Прошло уже двадцать пять.
– Кажется, вы говорили, что все время будете за ней следить!
– Начиная с места встречи.
Раньше нельзя…
– А микрофон? Когда она выходила, на ней уже был передатчик.
– Контакт пропал. Был – и вдруг пропал. Сразу же.
– Карта есть? Куда она пошла? – Харри говорил тихо и быстро.
Лебье достал из сумки карту Сиднея. Харри нашел Паддингтон и Кингз-Кросс.
– Какой дорогой она должна была идти? – спросил Лебье по рации.
– Самой короткой. По Виктория-стрит.
– Вот, – сказал Харри.
