У него было свойство не замечать страшных опасностей и ловушек, которые ждали впереди, — разумеется, если только речь не шла о его любимых самолетах, — и Кейт эта самоуверенность частенько раздражала.
— Это будет не просто, — сказала она, поправляя лацканы его пиджака."
"Ей нравилось, как он выглядел, нравились резкие черты его лица, нравилась маленькая ямочка на подбородке, нравились его по-мужски широкие плечи, длинные ноги и голубые глаза, которые, казалось, следили за ней постоянно, куда бы она ни направлялась.
Одного их взгляда было достаточно, чтобы у Кейт начинала от счастья кружиться голова. Джо был ее идеалом, ее мечтой, и Кейт понимала, что в этой борьбе с собой ей никогда не победить. Ее тянуло к нему, как притягивает ночных мотыльков раскаленное пламя горящей на окне свечи.
— Жизнь вообще непростая штука, — спокойно заметил Джо, целуя ее. — И в ней ничто не дается просто так. У каждой вещи есть своя цена, и хотя порой она бывает непомерно высока, я никогда не боялся платить за то, что я хотел или во что верил.
— Это действительно было так, но на этот раз за свое счастье им предстояло расплачиваться не только своими, но и чужими жизнями. Даже в первую очередь чужими.
— Ну так как, пообедаем вместе?
Кейт немного поколебалась, потом кивнула. Она хотела быть с ним, пока это было возможно. А потом… потом будет видно.
— Хорошо, я вызову няню. Где мы встретимся?
Джо предложил встретиться в полдень в «Ле Павильон» — одном из ее самых любимых мест в Нью-Йорке — и ровно в полдень Кейт, одетая в бледно-зеленое шелковое платье, сколотое на груди серебряной брошью, вошла в зал, где ее ждал Джо.
Она выглядела изящной и хрупкой, платье великолепно подходило к ее темно-каштановым волосам, которые давно отросли и стали еще пышнее, чем прежде. Джо смотрел на нее не отрываясь, как смотрел десять лет назад, когда впервые увидел ее на балу.
В том, что они так открыто появились вместе в ресторане, где их легко могли узнать, была своя опасность, но, договариваясь о встрече, они решили, что, напротив, подобная открытость вызовет меньше подозрений, даже если они наткнутся на знакомых.
— Простите, вы, случайно, не Джо Олбрайт? — спросила Кейт, подходя к его столику, и Джо улыбнулся.
Ему безумно нравилось смотреть на нее, нравились ее шутки, ее смех, аромат ее духов, нравилась непринужденная легкость, с которой она держалась даже в самой густой толпе.
