— У тебя нет ни капли совести!
— Абсолютно! — подтвердил Джо, широко улыбаясь, и поцеловал ее в макушку. Он уже забыл, когда в последний раз чувствовал себя таким счастливым, и теперь пребывал в полном согласии с собой и со всем миром.
— Послушай, а что с твоим ребенком? Почему он все время спит? — спросил он.
Джо и в самом деле было удивительно, что маленькие дети так много спят. Он всегда считал, что лет до пяти они орут ночи напролет, требуют есть или пачкают пеленки.
— С Кларки все в порядке, просто он очень спокойный ребенок, — ответила Кейт.
Джо снова принялся ее целовать, и Кейт, почувствовав его желание, ответила ему самозабвенно и безрассудно. Это было как сон, как сказка, как самая прекрасная быль. Словно они и не расставались, словно и не было этих трех лет, наполненных ожиданием, разочарованием, тревогой. Их близость была настолько глубокой, что рационального объяснения этому наверняка не существовало.
Джо и Кейт были очень разными, самостоятельными, в чем-то даже самодостаточными, но это не мешало им чувствовать себя единым организмом.
И это единство не нуждалось ни в словах, ни в объяснениях. Слова нужны были для взаимных упреков, извинений, оправданий. Для обещаний и клятв, которые они не могли сдержать. Но сейчас слова не значили ровным счетом ничего — ведь то, что их связывало, было вне слов.
В конце концов Кларк Александр проснулся и завопил. Пока Джо принимал душ, Кейт быстро покормила малыша, а потом отправилась в кухню, чтобы приготовить завтрак.
Поев, Джо с сожалением поглядел на часы и поднялся. На сегодняшнее утро у него были запланированы важные переговоры, и как ни хотелось ему провести весь день с Кейт, остаться он не мог.
— Ты сможешь со мной пообедать? — спросил он, вставая из-за стола и накидывая пиджак.
— Что мы делаем, Джо? Что я делаю?!
Кейт смотрела на него с тревогой и смятением во взгляде. Они еще могли остановиться. Прошедшая ночь могла остаться единственной и последней.
Кейт знала, что сейчас только от нее зависит, сумеет она сохранить свой дом, мужа, ребенка, или все снова пойдет прахом. Но расстаться с Джо — потерять его снова — она была не в силах. И в глубине души она сознавала, что предпринимать что-то все равно поздно.
— Я думаю, мы делаем то, что не можем не делать, — ответил Джо. — Нет, не спрашивай — я тоже не знаю, чем это кончится. Но, я думаю, со временем все встанет на свои места.
