Не знаю, почему я решила, будто звонок важный?
Может быть, этому красавчику, весьма активному в постели, каждый день звонит по пять новых красоток, недовольных тем, что миллиардер не желает продлить знакомство.
— Вы переоделись. Мы можем продолжить?
— Теперь надо приодеть тебя.
— Я откажусь от этого.
— Послушай, Марика. Речь идёт не о твоих желаниях, а об имидже… — начинает оскорбленным тоном мужчина. — То, как выглядишь ты, отражается на имени фирмы и на моём имени!
Савицкий не предлагает мне ничего из ряда вон.
Но почему я чувствую себя так, словно он хочет купить меня?!
— Мой имидж в полном порядке.
— У меня может возникнуть необходимость… Крайняя необходимость, — подчеркивает. — Чтобы ты присутствовала на вечере с партнерами. Например, в ресторане. Я не могу позволить, чтобы ты опозорила меня, придя на встречу в дешевом платье!
Что же делать?! И соглашаться не хочется, и отказываться чревато последствиями.
— Давай придем к компромиссу. Если возникнет такая необходимость, ты соглашаешься приобрести соответствующий наряд.
— Я не могу принять это предложение.
Савицкий хмурится. Залом между бровями невероятно глубок. Я не ошиблась, предположив, что ему приходилось хмуриться часто."
"— Почему ты отказываешься? — спрашивает он. — Даже если через две недели на фирме из нас двоих останусь лишь я один, не стану требовать назад ни вещи, ни деньги за них. Они останутся при тебе.
— Вы часто одеваете своих подчинённых?
— Только нуждающихся, — по губам Савицкого скользит улыбка. — Ты из числа таких.
Он меня оскорбляет. Открыто! Похваляется своими миллиардными счетами в банках и ни во что не ставит простую смертную!
Удивлена, как он вообще в постель со мной прыгнул, не спросив справку о наличии кругленького счёта в банке?!
Или он меня всё же не узнал?! Как его понять?! То ведёт себя почти как нормальный человек, то сидит с ублюдским выражением на красивом лице.
Может быть, он просто психически неуравновешен? Теперь я понимаю Андрея! Он пожелал мне просто пережить этот день, а у меня уже нервная система растерзана на кровавые ошмётки!
— Остановите машину.
— Что?
Хмурится.
— Остановите машину! — кричу водителю, нажав на кнопку. — Немедленно!
— Здесь нельзя… — отвечает он.
Савицкий откидывается назад, спиной, на сиденье. Ленивым и высокомерным голосом сцеживает приказ:
— Останови.
Лимузин тормозит послушно. Встаёт, как вкопанный, прямо посреди оживлённой дороги.
Нас сразу накрывает гулом клаксонов и вероятно трехэтажным матом.
