Он запрыгнул на коня, оставив Эльфвину стоять, растерянную, затаившую дыхание. Впрочем, вскоре он наклонился и потянул ее вверх. Усадив перед собой, занял прежнюю позу и пришпорил коня."
"Эльфвина не сразу смогла прийти в себя. Возможно, правда в том, что ей больше никогда не удастся стать прежней.
Она обессилела в его объятиях. В мире Торбранда не было места таким понятиям, как добродетель и слабость, значима была лишь сила, в той высокой степени, которой она не знала раньше. Великан, железной хваткой удерживающий ее на ретивом скакуне, уносящем все дальше от привычной, знакомой жизни.
Было в этом ритме нечто завораживающее.
Щеки покраснели от холода, девушка, казалось, слилась с конем и всадником, оттого движения показались более плавными и темп менее тревожащим. Ей даже стало немного жаль прерываться, когда мужчины по какому-то сигналу, который она не заметила, остановились, коротко переговорили и двинулись уже медленнее вглубь леса. В сгущающихся сумерках фигура ехавшего впереди Ульфрика вскоре стала едва различима.
Торбранд и рыжеволосый великан двинулись в другом направлении, и вскоре они выехали к большой поляне.
Торбранд занялся животными, Лейф нашел клочок земли у дерева, который не был покрыт снегом. Некоторое время он тщательно стряхивал снег с веток дерева, потом принялся разводить огонь, достав из кармана какой-то предмет, похожий издалека на кусок коры. Выбив искры, он поджег несколько веточек.
Эльфвина решила, что должна чем-то помочь, но остановила себя.
Как верно заметил ранее Торбранд, она пленница, а не гостья. И конечно, не будущая супруга, отданная врагу, чтобы построить мирные отношения на руинах поселений и костях воинов. Принцесса села в отдалении и принялась обдумывать, как лучше вести себя дальше. Побег она по-прежнему исключала. Невозможно понять, где они находятся, можно лишь предположить, основываясь на том, что двигались они на север от того места, где ее остановил Торбранд. Даже если ей удастся найти, кто ей поможет, едва ли получится передвигаться быстрее, чем хорошо обученным выживанию в любых условиях воинам-норманнам.
Она не вполне отчетливо понимала, какова цель ее похищения, но уже могла сделать некоторые выводы. Она жива и невредима. Ее куда-то везут и хотят доставить в целости и сохранности. Конечно, мужчинам не стоит доверять, они всегда меняют планы, если это выгодно, но все же она не считала, что находится в смертельной опасности. Впрочем, тревожиться всегда есть о чем.
