Он сам себе не верил, но ощущал острое желание…
А потом появились селяне и потребовали освободить залу, чтобы вернуть на место животных, которые пережили здесь холодную зиму.
Торбранду удалось остаться наедине с Эльфвиной уже вечером, когда были в шатре. Она весь день была занята обычной женской работой, потом они собрались все вместе на пир, где приготовили мясо, зарезав скот, пригнанный Рагналлом для принимавших его местных жителей. Были и другие дары королю, много вина, музыки и песен.
В их шатре было темно и тихо.
Она стояла, опираясь на локти и колени, он взял ее, каждым движением без слов убеждая, что так будет всегда. А потом гладил шелковистые волосы и целовал в губы, вкус которых казался слаще меда, который они пили.
Проснувшись среди ночи, он увидел, что она по привычке обвила его руками и ногами. Он перевернул ее на спину, широко раздвинул ноги и вонзил член, зная, что она любит просыпаться, ощущая его внутри.
Они по-прежнему ничего не сказали друг другу.
И только сейчас, слушая, как брат и кузен обмениваются колкостями с приближенными короля, Торбранд вспомнил, что Эльфвина так и не ответила ему.
По какой-то причине не сказала, охотно ли выйдет за него. Возможно, она планировала как-то усложнить ему жизнь.
Мелькнула мысль, что она ответила, сдавшись и приняв его в свое мягкое лоно, однако в случае с Эльфвиной заключение могло быть ошибочным, ведь она не похожа на всех женщин, которых он знал. Необходимо, чтобы она ответила прямо. Произнесла клятву. И тогда он получит то, что будет принадлежать только ему.
Хотя бы какое-то время, вдали от всех, на далеком острове за морем.
Эльфвины не было среди собравшихся в зале. Он вышел на улицу и пошел по деревне, оглядел несколько групп женщин, вместе занимавшихся делами. Он дважды обошел поселение, но так и не обнаружил ее, и в какой-то момент понял, что стоит у забора, за которым содержались животные, отрешенно глядя перед собой.
— Я с утра не видел твоей женщины, — раздался за спиной голос Рагналла.
Торбранд резко повернулся и поклонился в знак приветствия.
— Скорее всего, она прячется от меня, — произнес он, понимая, что так не могла поступить женщина, привычки и характер которой, как ему казалось, он хорошо изучил. — Она еще не смирилась с рабством. Теперь ей надо принять факт, что она невеста. Этот факт оскорбляет ее.
Рагналл рассмеялся. В нем еще чувствовалась сила, хотя седых волос стало больше, как показалось Торбранду, чем во время последней их встречи.
