Другой, с уверенной в себе Люси и полной надежд Кассандрой, – по южной дороге в Лондон. У всех участников «заговора» была миссия, которую они должны были выполнить.
Люси написала письмо Джейн и перед отъездом вручила его Саре.
– Отдай это Джейн, как только приедешь. Письмо объяснит ей все."
"Сара испытывала жесточайшее искушение немедленно его прочитать, но, разумеется, не сделала этого и хранила письмо запечатанным в своем кармане. Одежда Люси была ей немного тесна и коротковата, но все же это лучше, чем платье горничной.
Саре вовсе не хотелось приехать к Джейн Аптон в Бат замарашкой, с рекомендательным письмом или без него. Сара отдала постиранное и отглаженное платье горничной Люси, чтобы та вернула его бедной служанке в доме ее матери в Лондоне. Люси сказала Саре, что она не должна ни о чем беспокоиться, а Кассандра молча обняла новую подругу.
Миссис Гамильтон снабдила всех путешественников едой, одеялами и горячими кирпичами, чтобы согревать ноги до первой остановки. На каждом постоялом дворе по пути они могли получать новые горячие кирпичи.
Наемная развалюха из Шотландии отправилась обратно на север – кучер был очень доволен щедрым вознаграждением, так что Сара и лорд Беркли путешествовали в одном из экипажей виконта.
– Позаботьтесь о себе, миледи, – прошептала миссис Гамильтон Саре, когда та садилась в элегантный экипаж.
А Сара вновь почувствовала застрявший в горле комок. Почему-то ей было очень грустно осознавать, что она больше никогда не увидит миссис Гамильтон.
– Спасибо вам за все, – проговорила она и пожала руку доброй экономке.
Поездка была долгой, а дорога – ухабистой. В пути Сара мерзла. Они останавливались, только чтобы сменить лошадей и перекусить. Люси особенно подчеркнула, что чем раньше Сара вернется в Лондон через Бат, тем лучше. Быстрее утихнут слухи. Люси и Касс тоже не собирались останавливаться на ночлег.
Кристиан сидел напротив Сары. Его бородка стала еще длиннее, превратившись в настоящую бороду. Они спали урывками.
Сара, поджав под себя ноги, сидела на сиденье, обращенном по ходу движения, и пыталась расслабиться и отдохнуть, хотя экипаж немилосердно подбрасывало на ухабах. Кристиан испытывал еще бо́льшие неудобства, поскольку его длинные ноги явно не вмещались в ограниченное пространство экипажа, но стоически молчал. Он пытался дремать, прислонившись к стенке экипажа, но Сара сомневалась, что ему это удавалось, поскольку тени под его глазами становились все темнее.
