При беглом осмотре выяснилось, что у Фрица хранятся целых три таких скамеечки. Я выбрал самую большую, обтянутую гобеленом, на котором охотник целился копьем в дикого кабана.
Вернувшись в кабинет, я убедился, что почти ничего не пропустил. Джарретт доставал синюю пилюлю из маленькой золотой коробочки, и я постоял рядом с ним, дожидаясь, пока он положит пилюлю в рот и запьет ее водой. Возможно, Джарретт рассчитывал на то, что я подниму его ноги, чтобы поставить скамеечку, как, должно быть, сделал бы Оскар, но я решил, что у Арчи Гудвина сердечность и радушие небезграничны.
Запив пилюлю, Джарретт поставил стакан на столик, после чего сам задрал ноги, и я подсунул под них скамеечку.
– Совсем неподалеку отсюда живет опытный врач, – сказал Вулф.
– Нет, – процедил Джарретт, устремив на него ледяной взгляд. – Я же вам говорил, что в моем возрасте вставать по утрам бывает нелегко. Излагайте.
Вулф потряс головой:
– Я не могу стращать больного. Пилюля вам поможет?
– Это все из-за вашей наглости.
– Костлявый подбородок дернулся вверх. – Я стар. Но я вовсе не больной. И вам не застращать меня – больного или здорового. Начинайте.
Плечи Вулфа приподнялись на долю дюйма, потом опустились."
"– Очень хорошо, сэр, я начну. Но мы сможем быстрее покончить с этим делом, если вы смиритесь с реальностью. Я сказал, что не могу стращать больного, но вас я уже запугал. Я буквально силой вытащил вас сюда, но при этом выложил все свои карты на стол.
Я дал вам понять, что у вас есть выбор: либо вы дадите мне правдивые и исчерпывающие ответы на интересующие меня вопросы, либо я сообщаю полиции определенные сведения, которые послужат основой для расследования ваших давних взаимоотношений с Флойдом Вэнсом и Карлоттой Вон, которая позднее стала Элинор Деново. Если вы не очень близко знакомы с уголовным правом, я объясню вам, почему полиция проявляет такой интерес к этому делу. Адвокат Флойда Вэнса пытается повернуть дело так, чтобы его клиента судили за непреднамеренное убийство.
Полиция же и окружной прокурор настаивают на том, что убийство было предумышленным, а для этого они должны предъявить обоснованный мотив. Поэтому они не пожалеют ни времени, ни усилий, чтобы разворошить всю эту историю с чеками, которые вы в течение двадцати двух лет посылали Элинор Деново. – Не меняя тона, Вулф продолжил: – Вы рано завтракали и проехали девяносто миль.
