– Историю не изменить, она прет напролом. Убьешь Гитлера, его место займет Рем. Прикончишь Сталина – и расчистишь дорогу Троцкому. Побочный эффект всегда непредсказуем, и от него всем будет только хуже!
После этого чиновник для поручений перешел к деталям:
– Доказано, что ландаутизмом болеют представители тридцати восьми родов. Они проживают на всех континентах. Именно родов! Некоторые из них находятся на грани вымирания, а другие, наоборот, многолюдны.
– Значит, я тоже отношусь к этим тридцати восьми?
– Да.
Скажи, Юрий Владимирович, тебе ни о чем не говорит… «барон Штемпель»?
– Так меня звали в детстве папа с мамой, это мое семейное прозвище…
После чего выяснилось, что по маме Юра Бурлак, ныне временно исполняющий обязанности Георгия Ратманова, принадлежал к древнему баронскому роду Штемпелей и был глубоко ландаунутым… А затем оказалось, что большинство ландаунутых или ландаутистов служат в спецслужбах разных стран. И летают в прошлое не просто так, впечатлений ради, а чтобы охранять временной покой простых обывателей и мешать попыткам отдельных нехороших людей влезть в историю.
Для этого в 60-е годы XX века в недрах советского КГБ была создана Служба эвакуации пропавших во времени – СЭПвВ, куда несколько позже поступил на работу инспектором и будущий подполковник ФСБ Игорь Иванович Корнилов, он же в прошлом – губернский секретарь Викентий Саввич Двуреченский. До недавнего времени…
Ратманов разлепил глаза. Полулежащий в кресле Двуреченский уже храпел. Однако неудачная попытка Жоры тихо, как мышь, занять свое прежнее место немедленно разбудила чиновника.
– Это что же получается? – подал голос хозяин квартиры. – Я тоже ландаутист на службе России?
– Нет, ты ничего не понял. – Ратманов наконец уселся в свое кресло. – Я сказал только, что прежний Двуреченский был ландаунутым на всю голову…
– А этот? – Чиновник вопросительно посмотрел на свое отражение в бутылке.
– А этот хрен его знает, – признался Ратманов. – Раньше в твоем теле был Игорь Иванович Корнилов…
– А сейчас?
– А сейчас хрен его знает, – повторил Георгий и сам почти запутался.
– Ну сам посуди… Если бы в твоем теле до сих пор оставался Корнилов, ты бы вел себя так, как себя ведешь?
Подумав, Двуреченский неуверенно покачал головой.
– Вот… А если бы в твоем теле до сих пор был Игорь Иванович, коллеги из СЭПвВ неужели не поймали бы тебя до сих пор?
Двуреченский задумчиво посмотрел в бутыль и решил причесаться, воспользовавшись ею как зеркалом.
