И если мальчишка важен для тебя, то и для меня он важен. Здесь без вариантов, — уже веселее улыбнулся Горняков, утягивая Марту в сторону кухни.
По большому счету, Илья хотел бы закрыться с Мартой в спальне, принять душ, или ванну, а там уже — как получится. Но чтобы вместе.
Да только понимал Илья, что поговорить там они не смогут. Его вновь накроет. И не до разговоров станет.
А Марта вдруг остановилась, точно вкопанная, так и не преодолев коридор, ведущий из гостевой спальни до кухонной зоны.
— Правда, любишь? — шепотом спросила Марта.
Илья от удивления вскинул брови. Действительно, странная ему попалась женщина. Ведь он столько раз говорил ей о своих чувствах, признавался, душу изливал. А в итоге что, все слова зря?
— Не веришь? — с обидой в голосе уточнил Горняков.
— Верю! Конечно, верю, — торопливо возразила Марта и, шагнув вперед, уткнулась лбом в грудь мужчины, а руками обвила его талию. И настолько правильными и естественными показались девушке объятия, что любые сомнения отступили.
Илья обнял Марту в ответ, крепко прижал к себе.
А под ребрами разливалось тепло. И даже дело было не в том, как открыто льнет к нему любимая, не в том, как стремительно мчится раскаленная лава по венам, а в трусах вмиг стало тесно. Совсем нет. Дело было в доверии. Марта открывалась ему. Пусть и несколько часов назад он едва не потерял все, чего достиг. Да и, что уж скрывать, у Марты появились мысли отмотать все назад, вычеркнуть его, Горнякова, из своей жизни. А вот теперь, когда эмоции немного улеглись, все вновь начало налаживаться.
— Чудо ты мое, — пробормотал Илья прямо в светловолосую макушку."
"И вдруг мужчине показалось, что он ослышался. Придумал то, что мечтал услышать от Марты. Выдал желаемое за действительное.
— Повтори! — хрипло попросил Илья, обхватив ладонями лицо и подбородок Марты.
— Я тебя очень люблю, — одними губами прошептала Заречная.
— А плачешь тогда почему? — грубовато, не сумев справиться с эмоциями, пробормотал Илья. — Ты меня любишь. Я тебя люблю.
Все ведь отлично.
— Потому что дура? — всхлипнула Марта, а сама улыбнулась.
— Спорное заявление, — хмыкнул Горняков, а Марта скопировала его жест.
Так же обхватила своими ладонями волевой подбородок, огладила щеки, коснулась пальцами висков.
— Люблю тебя, — выдохнула Заречная.
— А вот это заявление уже лучше, — произнес Илья прежде, чем накрыть рот Марты своими губами.
А Марта окончательно расслабилась и осмелела настолько, что потянулась всем телом к мужчине.
