Он хотел ее, эту дерзкую упрямицу. Отчаянно стремился быть с ней. Целовать ее. Присвоить.
А руки забрались в густую гриву растрепанных волос. Назар потянул девушку на себя. Застыл, когда их лица разделили всего несколько сантиметров.
— Не вижу, — ответил он прежде, чем накрыть ее губы своим алчным ртом.
Агата захлебнулась от нехватки кислорода. Ее руки непроизвольно легли на предплечья парня. А сама девушка привстала на цыпочки, тоже помимо воли и не осознавая, что творит.
— Знаешь, что я вижу, малышка? — сипло пробормотал Назар, прервавшись всего на секунду от своего занятия.
— Вижу, как горят твои глаза. Как колотится пульс. Вижу, как тянешься ко мне.
А потом вновь принялся терзать припухшие губы. Понимал, что стоит сбавить немного обороты. Ведь это, черт раздери, их первый поцелуй, а впереди — целое романтичное свидание.
Но разве ж можно добровольно выпустить из рук ту, которой он грезит и во сне, и наяву?!
Терзая упрямо сомкнутый рот своими губами, Назар мысленно отсчитывал секунду за секундой.
Вот… Вот сейчас он, правда, отпустит ее. Ведь не отвечает на поцелуй. Стоит, словно статуя.
Вот… еще один удар сердца… и отпустит… Пожалуй, поверит в ее слова. Но только сегодня. А завтра вновь станет пробивать глухую оборону девчонки.
Еще мгновение… и отпустит… пусть легче перестать дышать, чем отпустить… но он отпустит…
А девчонка ответила. С тихим, почти незаметным стоном, приоткрыла губы, впуская его язык внутрь.
И это оказалось подобно взрыву. Словно по Назару прошелся ураган, сметая его с дороги.
И движения уже стали лихорадочными, дикими, словно слетел с катушек, сорвался в пропасть. И ладони сжимали округлые формы, пробравшись под одежду, задрав юбку до самых трусиков.
Агата и сама забросила ногу на бедро Назара, а ладонями прошлась по широкой спине, царапая кожу при каждом касании.
— Твою ж за ногу… — прошипел Назар, едва дыша.
Пальцы дерзко и собственнически надавили на упругую попку, вжали девушку в мощное тело, заставив ее шире развести бедра.
Юбка задралась настолько, что ничего не скрывала. И только сейчас парень заметил, что на девушке — чулки.
Чулки, твою ж бабушку! А тонкие трусики ни черта не скрывают. Нет, он и без того миллиарды раз прикидывал, как может выглядеть эта девушка без одежды. Но чтобы вот так…. В чулках, полу-прозрачном белье… с искусанными им, Назаром, губами и осоловевшими глазами…
Дотянувшись, Мартынов молча провернул ключ в замке. Не сможет он и шага ступить дальше.
