Жуть жутчайшая! Волосатые, мохнатые, невообразимых расцветок, клыкастые, с когтями, хвостами, чешуей, пятачками и рогами… Словно в фильм ужасов угодили они с Полиной.
— Леди Ирина, я личная горничная повелителей Темной империи. Владыка и владычица сейчас в отъезде. Советник Нантар тоже. Поэтому временно мы вас разместим в гостевых покоях. А как только кто-то из господ вернется…
— Да, спасибо. — Ира нервно закуталась в плащ, который ей выделил кто-то из монстров.
Что удивительно, им были рады. Скалились во все свои жуткие клыкастые пасти, лупали многочисленными глазами и старались угодить.
Как-то не так она себе представляла родной мир Кера. Нет, конечно, она понимала, что нежить и нечисть не могут водиться где-то в прекрасном светлом дворце, но всё же… Если бы не необходимость держать лицо перед дочерью, она бы давно уже вопила от ужаса и бегала в панике, стараясь спрятаться.
Полю же ничего не смущало. Она вела себя так, словно попала в мультик и вокруг не реальные настоящие монстры, а те, мультяшные, из корпорации.
Вцепилась ручонками в шерсть огромной страхолюдины с шестью глазами и едет на ней.
А страхолюдина вроде даже довольна этим. Поглаживает малышку по спине одним из щупальцев и скалится радостно.
Ой, лучше не смотреть туда, а то сердце остановится. А оно у нее, в отличие от Кера, всего одно. А Кер, оказывается, Керин Нантар. Советник Темного властелина.
Вот тут даже не знаешь: то ли плакать, то ли смеяться истерически.
Ирина осмотрелась в комнате, куда их привели.
Ничего так в целом. Чисто, хотя и мрачно. Окна не сквозят, стены, сложенные из огромных каменюк, тщательно заделаны. Сквозняков нет, хотя Ира читала, что в таких старинных средневековых замках всегда сифонит и дует из щелей. Чувствуется, за своими владениями владыки этой каменной махины следят, слуг не распускают.
— Мам, я хочу молока с мятным печеньем, — громким шепотом сообщила Полина. — Тетя Инга сказала, что она его вечером пекла.
— Молоко? — рассеянно уточнила женщина и поджала пальцы на босых ногах.
Пришлось идти через весь замок, и они застыли совсем. Хорошо хоть, ей плащ выдали, а для дочки куртку стащил с себя один из слуг. Из тех, что были относительно гуманоидными.
— Печенье. Мам, ну отомри уже! Ты чего такая тормознутая?
— Хорошо. Можно молоко и печенье.
— Тетя Инга, мама разрешила, — всё тем же громогласным шепотом, который не услышал бы только совсем уж глухой, сообщила Поля поварихе.
