Появляется по ночам и уходит незаметно? Так дух же, как ему ещё появляться? Все нормально. Обычные будни и реалии.
Угу, магического мира.
Но Полина была счастлива. Она еще верила в Дедушку Мороза. И увидев такую же незамутненную и искреннюю веру в это же со стороны пришельца из другого мира, нашла в его лице соратника.
Причем настолько к Керу прониклась, что разрешила ему украсить верхушку елочки. Это была ее священная привилегия с самого раннего детства. Я наряжала ветки, а она всегда водружала на самый верх хрупкую стеклянную серебряную звезду.
С моей помощью, конечно, но тем не менее.
И вот сейчас она позволила это сделать своему собственному рогатому инопришеленцу. Я даже прикрыла рот ладонью, чтобы не ляпнуть что-то и не спугнуть их. А Кер слушал щебетание моей дочери, серьезно кивал, потом бережно принял из ее маленьких ручек елочное украшение и осторожно надел его на верхушку.
— Молодец! — показала ему большой палец Поля. — Вот теперь ты совсем наш.
Он погладил ее по голове, обернулся ко мне, и почти с минуту мы смотрели друг другу в глаза.
Не знаю, что за мысли были у него. А я подумала, что как же жаль… Жаль, что я не встретила его раньше. Что он не отсюда. Что мы никогда не сможем быть вместе. Жаль, что он попал в беду и так пострадал. И что, вполне вероятно, у него есть семья там, где-то далеко, за гранью нашего мира. Жаль, что мы не можем…
Я первая отвела взгляд. Улыбнулась неловко и вышла из комнаты. Не стоит. Я и так увлеклась уже. А начнется что-то большее, чем взгляды и неловкие прикосновения, словно невзначай, и я себя потом не соберу.
Один раз я уже лишилась чего-то серьезного, как считала. Но бывший муж поступал так, что восстанавливать после разрыва и развода пришлось не сердце и любовь, а просто жизнь в целом. Выстраивать ее заново.
А Кер другой. Просто другой. И старше, и умнее, и мудрее, как мне кажется. И чувства он во мне будит совсем другие. С ним просто хочется быть рядом. Это… ужасно. Всего неделя, мужчина, о котором я не знаю ничего, а тут такая буря в груди просыпается.
Словно в зыбучие пески затягивает. Всё понимаешь, осознаешь, пытаешься остановить это медленное погружение, а не выходит. Тонешь.
А потом внезапно рано утром тридцатого декабря приехали родители.
— Мама? — озадаченно уставилась я на нее. Я только-только встала и еще не успела даже причесаться и умыться. — А ты откуда? И без звонка. И так ра-ано-у, — не удалось сдержать зевок.
— Мы с папой специально к вам пораньше заскочили, — входя, ответила она.
