Я не искал чего-то конкретного, не ворошил и не перекладывал вещи, только визуальный осмотр.
Женская и детская одежда. Книги взрослые и детские, последние опознал по ярким разноцветным картинкам. Красивые, я таких раньше не видел. Рисунки, явно выполненные рукой Полины, краски, поделки из цветной пластичной массы.
Немного украшений. Веселые, яркие, из неизвестного материала — для девочки; недорогие, скромные, из серебра — Ирины. Небогато…
А ведь Ира очень красивая женщина. За ней наверняка пытаются ухаживать многие мужчины.
Отчего же не вышла замуж повторно? И кто тот неудачник, отец Полины?
Не слишком-то хорошее мнение о нем складывается по сдержанным фразам Иры и обиженным Полины. Девчушка отца явно не любит, плохо знает и не хочет с ним общаться. Редко появляется? Обижает их?
Мужских вещей не было ни одной. Во всяком случае на виду, в сложенных стопках я не рылся."
"Потом я долго стоял у окон и изучал открывающийся вид. Многоэтажные дома с огромным количеством окон. Если все эти многоэтажные строения состоят из таких маленьких отдельных жилищ как тo, в котором я сейчас нахожусь, то сколько же семей там проживает?
Окна большие, непривычно.
И открываются странно, уже проверил. Уверен, таких я раньше никогда не видел. Не помню, но твердо знаю, в моем доме окна точно меньше по размеру и… другие.
Мой дом… Хм. Вот тут тоже ощущения странные. Я ведь где-то жил. Что-то очень большое, просторное, с коридорами и анфиладами. Но… мой дом был не лично моим. Я жил у кого-то.
У кого? На службе? У кого я служил? И кем?
Я потер затылок. Потом лоб. От напряженных мыслей разболелась голова, особенно в том месте, где утром нащупал засохшую кровь и остатки какого-то лекарства.
Вот ведь угораздило меня. Столько столетий живу, ни разу не попадал в…
Стоп!
Сколько-сколько я живу?!
Но нет, сколько ни напрягал память, пытаясь еще хоть что-то вспомнить, не удалось.
Ладно.
Придется принять как факт: восстановиться быстро не удастся.
Что ж, погостим. И надо подумать, чем мне пока заняться и как зарабатывать на жизнь.
Не сидеть же на шее у женщины, в одиночку воспитывающей ребенка. Не так уж богаты они. Не бедствуют, но вовсе не купаются в роскоши.
ИΡИНА
Возвращались домой мы нагруженные, словно два ослика. Поля честно взяла на себя часть пакетов, аргументируя:
— Да ладно тебе, мам. Я уже большая. К тому же это я уговорила тебя подобрать дядю-козла. Ты бы сама ни за что не решилась. Вы, взрослые мамы, такие трусишки.
