Он осторожно кивнул и скосил глаза, чтобы не рассматривать ее улыбку с щербинками. Она это заметила и хихикнула.
— А мне зубная фея принесла денежку за вот этот зубик, — и потыкала пальчиком на одну из дырок.
Керин поднял брови. Зубная фея? Это что еще за тварь? В памяти не шелохнулось ни малейших намеков на то, кем может являться это создание.
А девочка продолжила:
— Мы с мамой, когда у меня зубы начали выпадать, долго решали, кому их отдавать. Мышке или фее. Решили, что фее. Я же девочка. А мышки пусть у мальчишек забирают.
Правильно?
Керин на всякий случай кивнул. Девочка ему была симпатична. Ну хочет ребенок отдать свои зубы такой пакости, как фея, — пусть. Хотя на его взгляд, грызуны и то лучше, чем мелкие, пронырливые, склочные и зловредные фейки.
О! Он помнит, кто такие феи."
"— А твоя фея такая мелкая, зубастая, ушастая и с крыльями, как у летучей мыши? — спросил он наконец. Надо же знать, к чему быть готовым.
— Тьш-ш-ш-ш…. — зашипела на него юная собеседница. — Маму разбудите. Она полночи не спала, переживала, когда мы вас сюда привели.
Мама… Логично. У такой крохи должна быть мама. И отец. Но об этом позднее. Где там мама?
Она обнаружилась на диване напротив. Видно, что женщина хотела просто на секунду положить голову на подушку и прикорнуть. Но так и отключилась: ноги в пушистых меховых тапочках стоят на полу, на плечи накинуто одеяло, голова на подушке. Под глазами залегли тени. Керин повел носом — пахло каким-то лекарством.
Он перевел взгляд на девочку и поднял брови.
— Переволновалась. Так-то она у нас крепкая, но вы, дядя, — рогатый и с двумя сердцами. Не каждый взрослый выдержит такой стресс.
Керин поднял руку и пощупал голову. Ага! Так вот что его смущало в облике девочки и женщины — у них не было рогов. И что там насчет сердца? Два?
— А сколько сердец у вас? — на всякий случай уточнил он.
— Одно, конечно, — прыснула от смеха малышка, но тут же зажала рот подушкой, что бы не шуметь.
— Хм…
Они помолчали, с интересом изучая друг друга.
— Есть хотите?
— Хочу.
— А что едят такие рогатые двухсердечные дяди?
— Мясо? — неуверенно предположил он. Подумал и добавил. — Определенно. И сыр. И хлеб. — В животе у него заурчало. — А что есть у вас из еды?
— Я не знаю. Мне мама по утрам в основном кашу варит.
— Не надо кашу. И не будем будить маму. А почему ты обращаешься ко мне во множественном числе?
— На «вы»? У нас так принято к старшим и незнакомым. А на вашей планете?
— Что такое планета?
— Ну мир.
