Слишком низко. Почти у лобка. И снова проводит пальцами по тем самым впадинкам, доводя меня до дикой смеси смущения и изнеможения.
− Я… я не знаю, − всхлипываю, невольно подаваясь бёдрами ему навстречу. — Я никогда… не хотела.
− Показать тебе, чего просит твоё тело? — от этого бархатного искушения в мужском голосе всё внутри дрожит и тает.
А новые поцелуи, ещё ниже, ещё ближе к запретной зоне, будто в тёплый мёд меня с головой окунают. Бёдра снова сами собой неконтролируемо вздрагивают напрягаясь.
— Думаю, это значит «да», − смеётся мой мучитель.
И неожиданно целует туда, куда я совершенно не ожидала. Мужские пальцы раздвигают складочки моей женской плоти, открывая самое сокровенное. Его рот прижимается к моему телу там, обдавая горячим дыханием и ошеломляя влажным жаром, заставляя выгнуться в потрясённом вздохе.
− Нет, нет, так нельзя, − лихорадочно шепчу я, мотая головой по подушке."
"Хватаюсь за простыни, но пальцы сводит безумием ощущений. Тело мне больше не принадлежит. А в голове нет ни одной связной мысли.
Только эмоции, только эти невыносимо порочные ощущения. Эти губы, этот язык, это сумасшествие, которое они со мной творят. Которое демон со мной творит.
Разве так бывает? Мне стыдно даже думать о том, что происходит, но не чувствовать я не могу. И горю с каждой секундой всё сильнее.
Волны жара накатывают одна за одной, распространяясь от низа живота по всему телу. Я тону, захлёбываюсь, возношусь и падаю. Все мои чувства словно в тонкую струну сплетаются, натягиваясь до предела.
Мартан будто улавливает это, напористо лаская языком особенно чувствительное местечко, в невыносимом ритме, ещё сильнее нагнетая звенящее напряжение, и мои ноги начинают мелко дрожать на его плечах.
К мужскому рту, кажется, присоединяются пальцы, продавливая вход в моё тело. На краткий миг отрезвляя мой разум привычной настороженностью. Но в следующее мгновение один из них проникает внутрь, оглушая внезапным чувством наполненности. Толкается в меня несколько раз.
И струна лопается, взрывая моё сознание невероятным, невыносимым удовольствием. Словно именно этого ощущения мне не хватало. Вздрогнув всем телом, выгибаясь с низкими животными стонами, я пытаюсь сдвинуть колени, ускользнуть от слишком острых ощущений.
Это немыслимо. Так и рассудка лишиться недолго.
Глаза закатываются. Мне чудится, что даже воздух вокруг нас раскалён докрасна.
Но Мартан даже не думает прекращать эту сладкую сумасшедшую пытку.
