И теперь у меня уже не получится с чистой совестью сказать, что я оказалась здесь не по своей воле. Сама ведь легла. И не важно, что особого выбора-то у меня и нет. Быть ему невестой я тоже сама соглашалась, пусть и не знала ничего о демонских традициях.
Дрожь озноба, сотрясающая моё тело, становится всё сильнее. И холод тут точно ни при чём. В комнате горит камин, и по углам стоят разогретые жаровни. В плотной длинной ночной сорочке под тёплыми одеялами мне точно не должно быть холодно. Но всё равно зуб на зуб не попадает.
Неужели он сделает это со мной прямо сегодня… прямо этой ночью, прямо… сейчас? Придёт, разденется, вытащит свой отросток, заставит раздвинуть ноги…
О боги, я не хочу.
Но имею ли я право ему отказать?
С Оссианом я привыкла терпеть. Но он был меньше. Как мне выдержать это всё с демоном? О, Пресветлая, дай мне сил."
"Мартан появляется как раз в тот момент, когда я отвлекаюсь на звук треснувшего полена в камине. Вот только что его не было, и вот уже из тени появляется высокая тёмная фигура, будто сотканная из тьмы.
Затаив дыхание, я наблюдаю, как демон приближается к кровати. Чувствую, как прогибается перина под его весом, как поднимаются одеяла, и моего озябшего тела касается прохладный воздух. А в следующий миг демон ложится рядом со мной и обнимает за талию. Такой горячий, что я едва сдерживаю телесный порыв прижаться к этому теплу поближе.
− Моя принцесса замёрзла? — тихо урчит мне на ухо, шевеля волосы обжигающим дыханием. — Позволь согреть тебя, маленькая.
16.2
− Не… не надо. Со мной всё хорошо, − шепчу сбивчиво, застывая каменным изваянием.
− Правда? И это не ты так стучала зубами, что мне и в купальне было слышно? — тихо хмыкает демон.
− Нет. Вам показалось, − поджимаю губы. — Так громко я точно не стучала.
− А тихо, значит, стучала? — в его голосе появляется лёгкая ирония.
− Может быть, − вздыхаю.
− И всё-таки замёрзла? — хоть я и не вижу его лица, но отчётливо представляю как изгибаются в усмешке мужские губы. Чувствую это кожей.
Издевается. Знает ведь ответ.
− Немного, − признаюсь неохотно. — Но… греть меня не надо.
Догадываюсь я, как именно он собирается это делать. Может моё нежелание и не будет иметь для него никакого значения, но промолчать в этот момент я тоже не могу. Хотя бы просто потому, что должна уже окончательно убедиться — мужчина никогда не будет слушать женщину, когда ему чего-то хочется.
− Почему, Мышонок? — интересуется Мартан, нежно поглаживая мой живот.
