Невозможное по своей силе удовольствие стирает напрочь все мысли, стирает весь мир, оставляя в нём лишь нас двоих. Ещё один… я словно взмываю над пропастью, окрылённая светом своих чувств, наполненная до краёв невыносимым удовольствием. Ещё… и я взрываюсь, растворяясь в ослепительном океане силы, крича и выгибаясь дугой.
Кажется, ещё чуть-чуть и я просто умру, настолько сильно удовольствие, зарождающееся там, где наши с Мартаном тела соединены, и захлёстывающее меня с головой жаркими волнами.
Но мой любимый демон не останавливается, наоборот начинает двигаться ещё быстрее, бесконечно продолжая ощущение падения в огненную пропасть.
Кажется, что свет и пламя закручиваются теперь во мне в сокрушительный смерч, способный развеять меня на частицы. Кажется, что я просто не выдержу. Это уже практически больно. И страшно. Смогу ли я возродиться? И кем тогда буду?
Но Мартан не даёт мне даже шанса избежать этого. Поднимается надо мной. Прикусывает шею, зализывает саднящее место, осыпает жалящими поцелуями грудь. Проводит руками по моему телу.
Ухватив за щиколотку, поднимает правую ногу, целует, прикусывая кожу возле косточки. И неожиданно закидывает себе на плечо. А затем повторяет то же самое с левой. И теперь проникает ещё глубже, касаясь, кажется самого сердца. С каждым ударом, нанизывая меня на себя до слепящих звёзд под веками, до хриплых вскриков и гортанных стонов.
В таком положении мне больше не скрыться от надвигающегося смерча. Беспомощно взмахнув руками, я попросту разлетаюсь на осколки. Крича до хрипоты.
Дрожа и выгибаясь дугой. Тону в безграничном океане света, чувствуя, как с рычанием вколачивается в меня Мартан, и содрогается в своём освобождении. Его ласковая тьма окутывает меня, даря тишину и покой, возрождая к жизни, лелея как бесценный дар. Обжигает местами кожу, будто клеймя. Питается моим светом…
Я подумаю об этом потом. Сейчас ни на что не осталось сил.
Глава 30
Ещё никогда я не чувствовала себя такой… обессиленной и окрылённой одновременно. Под кожей до сих пор гуляют искры, разнеженное тело всё ещё дрожит от каждого прикосновения, и волны тепла то и дело прокатываются по позвоночнику.
Я хотела верить Мартану, когда он обещал, что будет хорошо. Но даже подумать не могла, насколько. Впрочем, он уже не в первый раз рушит все мои представления и внутренние рамки. Вот и сейчас держит сонную в своих объятиях, гладит, целует. Бормочет какие-то смущающие, но дико приятные нежности. Заставляя таять ещё больше, хотя казалось бы, куда уже.
