В его глазах вспыхивает огонь, тело моментально послушно отзывается. Шепчу губам: «Я тут».
Он улыбается.
Приподнимаюсь на цыпочки и делаю взмах букетиком
Муж идет ко мне. А когда остается метров пять, оставляет чемодан и бежит!
Бросаю цветы и ахаю! Не успеваю пикнуть, как Матвей подхватывает меня на руки, наваливается и прижимает к колонне. Сжимает в объятиях до легкой боли в ребрах.
– Мот! – выдыхаю жалобно. Вкладываю в его имя всё. Тоску, любовь, нетерпение! Сама трогаю его, глажу.
Он глухо стонет на ухо.
Звуки растворяются в шуме аэропорта. Но я слышу. И умираю от удовольствия.
Матвей впивается в мои губы, а я, сдавшись, изо всех сил обнимаю его руками и ногами. Мы жадно целуемся, на миг позабыв, что вообще–то являемся приличными людьми — врачами. И что находимся в общественном месте.
Сердца так колотятся, что рвутся, в стремлении почувствовать больше. Кожей бы. Тело к телу. Быстрее! Мы не можем иначе. Не можем друг без друга. Всю жизнь вместе. Разлучать нас — преступление.
Матвей зацеловывает мои щеки.
Шепчет на ухо:
– Щас сдохну, Юлька.
– Любимый, боже, как я скучала, – отвечаю. – Ты не представляешь.
Жадно дышу им. Молчит, чувствует.
– Мы или отлепимся друг от друга, либо займемся любовью прямо здесь! – выдаю.
Он замирает, задумавшись. И я хохочу! Господи, обожаю его. Он реально стоит и размышляет!
– Взорвусь без тебя. Больше так надолго один не поеду, не могу вообще. Последние недели на стену лез.
– Домой скорее. Всё расскажешь.
– Да.
Смотрим друг на друга.
Тонем. Обещаем.
Наконец, усилием воли Матвей заставляет себя отпустить меня на пол. Тут же смущенно оглядываюсь — всё случилось быстро, но на на нас всё равно пялятся. Народу немного, в основном знакомые. Они как–то обыкновенно себя ведут, как разумные. Нормальные и адекватные.
Натыкаюсь глазами на Анну. Кажется, они с мужем уже ссорятся. Мне жаль. Так сильно ее жаль! Понимаю, зачем она всё это говорила — ей было больно, и она хотела причинить такую же боль мне.
Но у нас всё иначе.
И я искренне желаю, чтобы у них в семье тоже наладились отношения.
Матвей обнимает меня за задницу, когда идем к выходу. Он просто не может сдержаться. И Анна смотрит на нас... с тоской.
Прощаемся и спешим в машину.
Я за руль, Матвей укладывает багаж, затем садится рядом.
– Как долетел? – спрашиваю, заводя движок. Выжимаю педаль газа. – Тут рассказывают, что вы отлично погуляли с тамошними медсестрами.
– Чего? – прищуривается. – Я тебе мозоли покажу сейчас.
