А у нас жара, – рывком переворачиваю ее на спину, нависаю сверху. Мы в самой печке. Током простреливает вдоль позвоночника к паху.
Снова и снова.
Когда мы рядом, то становимся идеальным проводниками. Всё это, конечно, дико приятно и полезно. Любить для человека – это очень полезно. Особенно для девятнадцатилетнего.
Юля обнимает меня за шею, поглаживает затылок.
Дышим в полной тишине. Чувствуем. Гормоны же шпарят на полную, воздух вокруг накаляется, электризуется. Мы отдаем и принимаем энергию. Любовь заполняет эту комнату.
Следом квартиру. Следом весь мир.
Я наклоняюсь и касаюсь Юлиных губ своими. Вес держу на локтях, чтобы не надавить. Всё время помню об осторожности. Он ведь мой. Маленький совсем. Надо заботиться.
Поцелуи медленные, тягучие. В том, чтобы тормозить себя, есть какое–то извращенное удовольствие. Поправочка. В том, чтобы тормозить себя с ней.
Всё как по учебнику, тело требует. Кровь кипит.
– Всё время тебя хочу. Если не держать дистанцию, спятить можно, – шепчу ей на ухо.
Тихо стонет, нравится слушать этой ночью от меня влюбленный бред.
– Мы бы всё равно нашли способ пересечься.
Усмехаюсь. Точно. Никаких в этом нет сомнений.
– Дико радует, что ты от меня беременна. Юль, это остужает немного. Какое–то удовлетворение в клетках. Не оргазм, конечно. Но что–то из этой серии.
Смеется.
Продолжаю серьезно:
– Я тут подумал, пока сидел на нарах... Может, распишемся?
– В смысле распишемся? ЗАГСе?
– Юлия Викторовна, вы выйдете за меня замуж?
Ее дыхание сбивается. Реакция искренняя, простая и настолько очевидная, что жар по телу.
Надо было давно уже спросить. Надо бы в день ее рождения. Пульс стучит быстрее.
Добился. Всё. Совершается. Прямо вот в эту минуту.
Уже знаю, что скажет, но все же не могу сдержать победную улыбку.
– Да, Матвей Андреевич. Я выйду! И... – Юля мотает головой, хихикает. – Даже спрашивать не стану, почему к тебе эта чудесная, светлая, восхитительная идея пришла лишь на нарах. А не в каком–то романтичном или хотя бы приятном месте!
Смеюсь.
Утыкаюсь в ее шею. Блть, весело с ней. Ни с кем так не бывает. По ерунде вроде шутим, а то, что надо. Нравится."
"Заодно вдыхаю запах. Всё не привыкну, что это — не исключение. Что так теперь будет. Она здесь, в моей постели. В моей жизни
– Знаешь, в чем дело? – объясняю в продолжении шутки, хотя на самом деле в глубине души серьезен. – Я просто всегда хотел, чтобы ты выбрала меня. Поставила на первое место.
Юля больше не смеется. Тянется и включает ночник.
