Но темноволосый брутал только оскалился, показывая белые, особенно на контрасте с смуглой кожей, зубы:
— Теперь понятно, какого хе… То есть, почему ты не выходил на связь… Я бы тоже не вышел, если б была такая… причина…
— Привет, Каз, — спокойно поздоровался Бродяга, нейтрально протянув другу руку, — как дорога?
— Шумно, — еще шире усмехнулся он, ответив на рукопожатие, а затем дернул Бродягу к себе и крепко обнял, — Черт ты тупой… Мы тебя обыскались… Ты, я смотрю, без фейерверков не можешь?
— Так получилось… — пробормотал Бродяга, обнимая Каза в ответ, и мне показалось, что голос его звучал слегка виновато.
— Угу… — Каз, наконец, отпустил Бродягу, опять прищурился на меня, и сразу перешел на деловой тон, — ну что, вам собираться долго?
— Нет. Погнали. — В том же стиле спокойно ответил Бродяга.
— Ну, тогда девочку на заднее и пристегни. Будет жестко.
— По-другому никак?
— Почему никак? Можно… Но это долго. А так мы козьими тропами… Нам главное границу области пересечь… Как ты вообще умудрился впереться в такой блудняк?
— Случайно.
Потом расскажу…
— Конечно, расскажешь, как же без этого… Хазар прямо в недоумении уже с утра…
Бродяга только молча пожал плечами и, повернувшись ко мне, коротко мотнул головой в сторону машины — здоровенного черного внедорожника с полностью тонированными стеклами.
Как я испугалась, когда увидела его пять минут назад, нагло заезжающего на тротуарную дорожку перед нашим с Бродягой домиком!
Буквально сердце в пятки ушло!
Я как раз вышла на крыльцо, зажмурилась на неяркое осеннее солнце, решив немного подышать воздухом, пока Бродяга завтракал в домике.
Еду он принес еще ранним утром: полбуханки хлеба, сало и сыр. И молоко в банке.
Я быстренько настрогала бутерброды, вскипятила воду и заварила сорванную рядом с домиком ромашку. Сама же решила обойтись хлебом и сыром с ромашковым чаем. Да и не особенно хотелось есть после такой ночи…
Про саму ночь вспоминалось с легким ужасом, перемешанным со стыдом.
Я до сих пор не могла поверить, что сама согласилась, сама, можно сказать, позвала… И в том, что дальше происходило, тоже, получается, есть часть моей вины…
И теперь сложно сказать, жалела ли я о произошедшем или нет. И смотреть на Бродягу тоже сложно…
Честно говоря, я с утра ждала… чего-то… Что хоть как-то обозначало бы наши новые отношения. И вообще их наличие.
