Сначала надо выяснить, что с ним, почему он не отвечал на звонки, пропал на полночи, а теперь не смог сам приехать. И не думать, не думать, не думать!
Чтоб не накликать беду.
Двор Хазарова, освещенный по периметру, оказался неожиданно многолюдным.
Я обратила лишь внимание на то, что место для машины, привезшей меня, едва нашлось в череде подобных ей внедорожников, на веранде, где любил сидеть сам хозяин с друзьями, поместилось не меньше десятка человек, а сама атмосфера напоминала военную.
Когда-то я читала Марио Пьюзо, и там было такое чудесное определение “залечь на матрасы”. Это мафиози так делали, при опасности собирались в одном месте, в квартире какой-нибудь, например, и , натурально “залегали на матрасы”, пережидали острые моменты, вооруженные до зубов и готовые дать отпор.
Здесь атмосфера была похожей.
Но все это шло фоном, я едва ли обратила внимание на других людей, потому что мужчины на веранде неожиданно замолчали, увидев меня, и разошлись в стороны…
Я посмотрела на широкий дачный диван… И ощутила, как ноги все-таки подламываются.
Не знаю, каким чудом не упала, наверно, просто инстинкты сработали: надо дойти до него. Надо потрогать, надо ощутить, что он настоящий. Теплый. Живой.
Бродяга полулежал на диване, и в неверном свете и отбрасываемых окружающими тенях мне показалось, что лицо у него тоже в тени.
И только присмотревшись внимательней, я поняла, что это следы от ударов…
И кровоподтеки.
И рука на перевязи. Белой-белой…
И на груди тоже перевязка…
А ниже, на животе — синяки, огромные. Уже синие. Страшные.
Он полулежал и смотрел на меня, молча, серьезно, с ожиданием…
И я…
Я поняла, что мне сейчас во что бы то ни стало надо его ожидания оправдать.
А для этого надо найти в себе силы и сделать первый шаг. К нему.
Глава 39
Бродяга был занят. До самых гланд, буквально до того, что от монитора взгляда было не оторвать.
Во избежание, как говорится. Самый опасный, переломный момент, тяжелый. Хазар и Каз работали в поле, а он, из-за временной потери трудоспособности, сидел, типа, в офисе. В штабе."
"Из-за ночного рандеву, из которого самому Бродяге удалось выбраться только на нерве и мышечной памяти, да еще и на своем обещании котенку вернуться, все их планы полетели в задницу, пришлось спешно ускоряться и подстраиваться под меняющиеся обстоятельства.
