В отличие от Стоунберга крепость Вульфрика стояла всего лишь на невысоком холме, окружённом глубоким рвом. И была она ниже и меньше по площади, чем их замок. Но такую крепость, открытую на все стороны света, вовсе не легче оборонять.
Замок и крепостные стены были сложены из светлых серых мегалитов. Но теперь чёрный камень Стоунберга уже казался Лиссандре роднее и уютнее.
Внутренний двор наполнился шумом от ржания лошадей, топотом множества подкованных копыт, скрипом колёс повозок, лаем собак, шныряющих под ногами приехавших, и гомоном голосов встречающих.
На ступенях замка стоял король в скромном облачении, и только корона на голове и орден на массивной цепи выдавали его значимость. Рядом куталась в плащ Альгия в окружении придворных дам. Незнакомые лорды стояли с правой стороны от короля, образуя полукруг, спускающийся со ступеней на мощёный двор.
Вульфрик сдержанно улыбался, рассматривая приехавших гостей.
А Лисса вовсе неучтиво шныряла глазами по рядам людей, пытаясь отыскать взглядом тётушку.
Но Ведана не находилась.
Эрик спешился первым и легко снял Лиссандру с седла. Оправил плащ, запахивая полы на супруге, и, взяв её за руку, повёл к своему сюзерену.
— Ваше величество! Разрешите приветствовать вас в Вашем доме!
Герцог поклонился, всё так же крепко удерживая супругу за руку, и Лисса присела в реверансе, опустив взгляд на каменные плитки под ногами.
— Милорд, мы принимаем вас в нашем доме, — услышала Лиссандра довольный голос короля. — Эрик, в Потумирье все церемонии!
Король бодро сбежал со ступеней, похлопал герцога по плечам и крепко обнял.
— Рад видеть тебя, брат!
Отстранившись от герцога, Вульфрик шагнул в сторону Лиссандры и приподнял её голову указательным пальцем за подбородок.
— И вас, миледи. Замужество вам к лицу. Вы диво как похорошели, — выгнув бровь, король с интересом смотрел на Лиссандру. Герцог недовольно хмыкнул, оттеснил брата от супруги и тихо, так, чтобы больше никто не услышал, твёрдо заявил:
— Даже не думай.
***
Во дворе долго не стали задерживаться, вошли в замок через сводчатые двери, окованные чёрным железом в виде плетённых лоз хмеля.
Вслед за королем, который живо обсуждал с герцогом перипетии дороги в его замок, вбежали два гончих пса с длинной белоснежной вьющейся шерстью и шустро потрусили к огромному распаленному камину, обогревающему зал, и улеглись у огня. К псам тут же подскочил слуга и дал каждому по крупной, почти обглоданной кости с большим маслаком.
