– Начальная ставка в девять тысяч! И плевать на правила! Залог остается прежним, только теперь вместо твоей свободы я беру твою жизнь! Если проиграешь, тебя и твоего раба выпотрошат здесь же, на этом столе!
Модус скосил глаза на охрану Метеллуса, выстроившуюся у входа в зал.
– Ладно, – сказал он. – Но если игра идет на мою жизнь, мне тоже хотелось бы какой-то более существенной ставки, чем просто деньги.
– Собираешься забрать жизнь Квинта Метеллуса? – по-акульи оскалился римлянин.
– Нет. Я согласен на твой корабль, что стоит в порту.
На «Победу»!
Глава 2
Удача приносит богатство
Погода стояла ровная, дул попутный юго-восточный ветер. Родос, Кидония, Никополь, Сиракузы… В Неаполь решили не заходить: Модус опасался, что там у Метеллуса могут найтись влиятельные друзья, которые, несмотря на оформленную по всем правилам купчую, доставят им неприятности.
Проигравшийся римлянин был вне себя, и только поддержка Атлея и Гиваргиса позволила Модусу получить выигрыш и сохранить жизнь: в течение нескольких часов были оформлены документы на корабль, выгружены вещи старого владельца и загружен багаж нового, и даже сменена команда! Все это происходило под строгим контролем местной стражи, которой руководили их начальники.
Когда Метеллус понял, что не может воспрепятствовать торжеству справедливости, он махнул рукой и напился до беспамятства. Хотя особо убиваться всаднику не приходилось: из трюмов «Победы» выгрузили три сундука с драгоценностями! Очевидно, на них и намекал Атлей: император Марк Ульпий Траян считал вывоз ценностей из Рима ослаблением государственной казны и жестоко наказывал тех, кто попадался на этом преступлении… За свою помощь главные местные полицейский и таможенник получили по тысяче динариев, и стороны расстались довольные друг другом.
Но опасения Модуса оказались не лишены оснований.
Они шли вдоль итальянских берегов и недавно миновали Неаполь, солнце приблизилось к зениту, лысый гортатор выкрикивал команды, напрягая жилы на шее и выкатывая синеватые, как вареные яйца, глаза.
Ему помогали два флейтиста, издававшие на своих инструментах ритмичные визгливые звуки. Весла тяжело ударяли по воде, а из гребного трюма доносилось многоголосое, надрывное, как выдох морского чудища, «у-у-уф!». И с каждым таким выдохом корабль делал сильный рывок вперед.
Когда подул пассат, по команде шкипера для ускорения хода был поднят парус, сразу наполнившийся свежим утренним ветром.
