Эта роль была официально высечена на камне, когда Деклан и Роза официально усыновили его и Джека.
— Не позволяй им беспокоить тебя, — сказала она.
— Они и не беспокоят. — Он почувствовал прилив благодарности. Многие из собравшихся здесь людей никогда не позволят ему забыть, что он родом из Грани. Очень немногие из них осмеливались вспомнить, что мать ее светлости была такой же крысой, как и он. Она была выше всяких упреков в силу своего положения и успеха, но он все еще был хорошей мишенью.
— Я знаю их секреты.
Она удивленно подняла брови.
— Злорадствуешь?
— Совсем немного.
— Смотри, чтобы это не ударило тебе в голову.
Он наклонился к ней и улыбнулся.
— Слишком поздно.
— Джордж, ты ужасный негодник.
— Иначе леди Вирай не приняла бы меня.
— К сожалению, это правда.
Тот факт, что его непосредственный начальник и женщина, отвечающая за «Зеркало», была лучшей подругой ее светлости, иногда усложнял жизнь, но он научился справляться с этим.
Темные глаза леди Оливии сверкнули.
— Может, начнем нашу маленькую игру?
— Как пожелаете.
Ее светлость сняла браслет и надела его на правое запястье. Тут же течение толпы изменилось. Образовались маленькие водовороты, когда ближайшие лорды и леди нашли изящные способы отвлечься от своих разговоров в пользу приветствия герцогини Южных провинций.
Леди Оливия спрятала свое веселье в безмятежной полуулыбке. Он не присутствовал при ее встрече с Шарлоттой, но с тех пор у него было много возможностей понаблюдать за ними.
Леди Оливия сразу же полюбила Шарлотту. Было совершенно ясно, что они были птицами одного полета — ни одна из них не была рождена в голубокровной линии, и обе достигли вершины социального положения. Они были проницательны, искусны и умны, и, слушая их, он чувствовал себя немного не в своей тарелке.
Люди приближались. Он произносил любезности так, словно говорил искренне.
Минут через десять, когда собралась толпа, леди Оливия повернулась к нему.
— Джордж, ты ее еще не видел?
— Нет, миледи. — Он видел вопросительные выражения на лицах окружающих.
— Она подтвердила, что собирается присутствовать?
— Да, миледи. Вы ясно дали ей понять, что иначе она будет страдать от вашего гнева.
Леди Оливия мученически вздохнула.
— На самом деле я не такая уж страшная.
Никто не засмеялся.
