Я совершил экскурсию в его сточные канавы и залез, чтобы увидеть исподнее. Работорговцы передают это фото по кругу. Ты попался. Сколько раз я говорил тебе носить маску? Почему ты никогда не слушаешь меня?
Полчаса спустя, когда они доели омлет, приготовленный Ричардом, Кальдар отпустил по меньшей мере десять шуток, рассказал им забавную историю о своей жене и высмеял посла Луизианы, она поняла, почему Ричард слегка напрягался, когда упоминал о своем брате. Они были полярными противоположностями. Кальдар, будучи душой компании, не испытывал ни малейшего желания излучать холодное достоинство и сдержанность, в то время как Ричард не имел ни малейшего желания развлекать других своим остроумием или привлекать к себе внимание.
— Думается, пора заняться делом, — сказал Кальдар.
Джордж вытащил большую, пробковую доску, которую можно было поставить на ножки.
Веселье исчезло с лица Кальдара.
— Тогда начнем.
Он открыл кожаную папку и начал прикреплять к доске изображения в количестве пяти штук. Шарлотта почувствовала укол сожаления.
Она все еще видела Тюли во сне, но теперь, когда она просыпалась, Ричард обнимал ее, и ощущение его тела рядом было неописуемым. Он никогда не говорил этого, но то, как он смотрел на нее, то, как он слушал, то, как они доставляли удовольствие друг другу, заставляло ее чувствовать себя любимой, и глубоко внутри нее возрождалась маленькая жалкая надежда. Она ненавидела себя за эту надежду. Она подрывала ее решимость и его тоже. Этот путь требовал жертв. Они оба это знали. Они оба согласились принять его.
Но каждый миг, когда он был в ее распоряжении, она ощущала как подарок. Теперь эта надежда умирала, и ее предсмертные муки принесли ей одновременно облегчение и тошнотворный страх.
— Лорд Кэссайд.
Кальдар указал на первое изображение. На них смотрел темноволосый мужчина с решительным профилем.
— Мелкий аристократ, из менее известной ветви рода Двеллеров. Он единственный наследник мужского пола и человек, который сделал себя сам. Около пяти лет назад он тихо начал ликвидировать свои активы и вкладывать все свои деньги в «Блек Вольф Импорт и Экспорт».
— «Блек Вольф»? — Ричард поморщился.
— Не очень-то у него богатое воображение. — Кальдар постучал пальцем по фотографии. — Кстати, ты был прав. Рост, вес, цвет кожи и глаз. Все составляющие. Если бы не нос и подбородок, он мог бы оказаться членом семьи.
— Какой семьи? — спросила Шарлотта.
— Нашей семьи, — сказал Ричард. — Я объясню через минуту.
— Затем у нас следует граф Маэдок.
