От последней мысли у Ены сжался желудок.
– Он мне помог, – тихо шепнула Ена Моране, пока царевич был занят едой.
– О чём ты?
– О нитях. В подземелье я не могла их снять. Они застряли, висели высоко, а он появился из ниоткуда и достал. Он ничего не спросил, просто отдал нити и исчез.
Морана посмотрела на царевича, тот будто всё расслышал, пристыженно опустил глаза, а рот едой набил, лишь бы взглядом с богиней не встречаться. Медленно на губах Мораны появилась усмешка, но не издевательская, а довольная, даже горделивая.
– Ах ты, плут.
Царевич прямо до раздутых щёк выпечки набрал, но, наученный горьким опытом, жевал медленно, чтоб не подавиться. Весь он согнулся под оценивающим взглядом Мораны, как если бы желал стать меньше и незаметнее.
– Что ж, в этот раз твой план удался, – бросила Морана и вернула внимание к огню.
Ена с недоумением вертела головой, глядя то на богиню, то на царевича, ощущая странную недосказанность. Словно они уже были знакомы. А ещё больше Ену удивило его выражение лица.
Стоило Моране отвернуться, как царевич поднял глаза, а на его губах заиграла лукавая улыбка. Он вновь приложил палец к губам, безмолвно приказывая Ене хранить неясный ей секрет.
* * *– Ты добился, чего хотел, и впредь можешь идти своей дорогой, – на следующее утро равнодушно бросила Морана царевичу, развернулась и вышла из пещеры.
Это было так неожиданно, что Ена растерянно замерла, не зная, как поступить. Она глядела то на сына Озема и Сумерлы, то в спину уходящей богине, которая явно не собиралась останавливаться.
На лице царевича отразилось задумчивое выражение, с места он не двинулся. Бросив на него виноватый взгляд, Ена всё-таки заторопилась за Мораной.
– Разве он тебе не нужен? – спросила она, нагнав богиню.
Снег укрывал землю, но днём было тепло и безветренно, а голые ветви берёз и лиственниц тянулись к тяжёлым облакам, которые плотно облепили небо, полностью скрыв солнце.
– Разве он не должен души во мрак подземного царства отправлять? Ты сказала, что он палачом станет.
– Сказала, – признала Морана, размеренно шагая в только ей известном направлении.
– О каких душах речь?"
"– Не всем теперь суждено переродиться, – серьёзнее пояснила богиня. – Те, чьи души окажутся слишком уж гнилы и запятнаны, отправятся во мрак, в земные недра. Там будут существовать в темноте и тишине, пока я не решу, как их излечить и возможно ли это вообще. Если я такие отправлю сейчас на перерождение, то будут плодиться подлецы и убийцы.
