— И как, по-твоему, я должен мыться в таком состоянии, черт возьми? — возмутился он.
Габриела укоризненно покачала головой:
— Неужели мои люди настолько брезгливы, что не могут заставить себя прикоснуться к тебе?
— Откуда мне знать? — проворчал он. — Я не спрашивал.
Старательно отводя взгляд от его голой груди, она приблизилась к лохани. Если она опять начнет восхищаться его великолепным телом, ее план провалится.
— Ладно, это займет всего несколько минут, так что, будь добр, никакой девической застенчивости.
— Собираешься мыть меня? — не поверил он.
— Не вижу здесь никого другого, — парировала она, заходя ему за спину. Но сначала сняла рубашку, чтобы не намочить, предварительно удостоверившись, что он это видит. И услышала сдавленный стон.
— Габби, не…
— Что? Теперь ты становишься брезгливым? — усмехнулась она, невыразимо наслаждаясь происходящим. Иметь возможность касаться его сколько заблагорассудится под предлогом помощи? Да она сведет его с ума! Вернее, собственное желание доведет его до безумия!
Она намылила руки.
Пусть между ее ладонями и его кожей не будет никакого препятствия хотя бы в виде тряпочки!
И медленно, нарочито лениво начала намыливать плечи, спину, узлы мышц на руках, под мышками, скользила вниз, доходя почти до ягодиц. Он попытался схватить ее пальцы, но она ловко увернулась, улыбаясь про себя.
Оставалось вымыть голову.
Она плеснула ему на волосы немного воды и взбила пену. Дрю застонал от удовольствия.
Довольно усмехаясь, Габриела принялась массировать кожу головы и виски. Ужасно не хотелось останавливаться, но времени оставалось немного: Ричард по ее просьбе вернется ровно через двадцать минут, и не важно, закончит ли она мыть Дрю или нет. А она так погрузилась в свое занятие, что понятия не имела, сколько еще осталось.
Поэтому Габриела поспешно промыла его волосы и, прежде чем окончательно потерять самообладание, принялась за грудь. При этом она даже не обошла вокруг лохани, чтобы не смотреть в лицо Дрю.
Кто знает, вдруг он обвинит ее в желании соблазнить его видом голых грудок!"
"Но ей пришлось опереться о его спину, чтобы дотянуться до груди. Дрю застонал еще громче, когда теплые холмики прижались к его спине, и повернул голову, стараясь дотянуться губами до ее губ. Но ничего не получалось.
— Поцелуй меня, Габби. Ты ведь этого хочешь.
У Габриель! перехватило дыхание. Видит Бог, она хотела! Безумно хотела.
