Неприязнь обратилась в ненависть, когда Тессарио убил сира Робина Масси, одного из молодых рыцарей, назначенных в гвардию самим королем (у них вышла ссора из-за лошади, которую оба хотели купить).
Не одобрил Эйегон и нового мастера над оружием. Сир Гарет был искусным бойцом на мечах, но суровым учителем, что сполна изведали на себе отроки Звездной Вершины, коих он обучал. Нерадивым, по его мнению, ученикам он не давал спать сутками, брил им головы, сажал их в ледяные ванны и колотил. С королем, хотя тот проявлял очень мало усердия к ратному делу, он так поступать не мог; стоило сиру Гарету хотя бы повысить голос, Эйегон тут же бросал меч со щитом и уходил прочь.
Единственной близкой Эйегону душой был, похоже, Гейемон Сребровласый. Шестилетний паж не только наливал королю вино и пробовал его кушанья, но и ходил вместе с ним на уроки. Сир Гарет, не преминув это заметить, попросил десницу сделать Гейемона королевским мальчиком для битья, и лорд Пек охотно удовлетворил его просьбу: кто же станет выгораживать шлюхиного ублюдка? С тех пор каждую оплошность короля наставник вымещал на его маленьком друге.
Слезы и кровь Гейемона сделали то, чего сир Гарет не мог добиться никакими словами; все, кто наблюдал за уроками, замечали, что король значительно преуспел, но нелюбовь его к учителю возросла многократно.
Слепой Тайленд Ланнистер всегда обращался с королем уважительно, стараясь мягко направлять его, а не отдавать приказания. Анвин Пек показал себя куда более строгим десницей. Юный монарх выводил его из терпения; Пек относился к нему, по словам Гриба, «скорей как к капризному ребенку, нежели как к королю» и даже не пытался постепенно приобщать его величество к управлению государством.
Видя, что Эйегон замкнулся в угрюмом молчании, Пек и вовсе оставил его в покое, призывая ко двору лишь в тех случаях, когда присутствие короля было необходимо.
Тайленда Ланнистера, справедливо то было или нет, упрекали и в слабости, и в интригах; иные даже почитали его чудовищем. Анвин Пек, став десницей, вознамерился доказать, что он силен и несгибаемо честен.
«Этот десница не слепец, не калека и маску не носит, – заявил он перед королем и двором. – Это десница, способная удержать меч». – С этими словами лорд Анвин извлек из ножен и поднял ввысь свой длинный клинок. По залу пробежал шепот: меч был не простой, а из валирийской стали и назывался Сиротской Долей. В последний раз его видели, когда Удалой Джон Рокстон отбивался им от людей Хью Молота в Тамблетоне.
