Тирош, Мир и Лисс дрались против триединого союза Пентоса, Браавоса и Лората на Ступенях и Спорных Землях. Пиратское королевство Раккалио Риндона перекрывало всю нижнюю половину Узкого моря, отчего сильно страдала торговля в Королевской Гавани, Синем Доле, Девичьем Пруду и Чаячьем городе. Купцы приходили со слезными жалобами к королю, который, согласно разным хроникам, то ли сам не соглашался принять их, то ли подчинялся запрету регентов. Северу грозил голод, запасы лорда Старка и его знаменосцев таяли, а Ночному Дозору все чаще приходилось отражать вторжения одичалых из-за Стены.
Три Сестры посетила смертельная хворь. Зимняя горячка, как ее называли, убила половину населения Систертона, а выжившие, полагая, что поветрие занес китобой из Порт-Иббена, перебили всех бывших на острове иббенийцев и сожгли их суда. Это не помогло: горячка через Укус перекинулась в Белую Гавань, где молитвы септонов и зелья мейстеров оказались равно бессильными перед нею. Умерли тысячи, в том числе и лорд Десмонд Мандерли.
Его сын сир Медрик, величайший рыцарь Севера, пережил отца всего на четыре дня, а поскольку он умер бездетным, то лордство перешло к его брату сиру Торрхену, вынужденному отказаться от места в совете регентов. Таким образом вместо семи регентов осталось четыре.
В Пляске Драконов погибло столь много лордов, великих и малых, что Цитадель справедливо именует то время Вдовьей Зимой. Ни до, ни после в истории Семи Королевств женщины, заменившие убитых мужей, отцов, братьев и маленьких сыновей, не имели подобной власти.
Архимейстер Абелон описал это в своем колоссальном труде «Когда миром правили женщины: леди послевоенных времен». Он повествует о сотнях вдов, но нам придется ограничиться лишь немногими, сыгравшими, к добру или к худу, заметную роль в государстве в 132 и 133 годах.
Первейшей была леди Джоанна, вдова из Бобрового Утеса, правившая владениями дома Ланнистеров от имени сына, младенца Лореона. Время от времени она взывала к королевскому деснице, близнецу ее покойного лорда-мужа, о помощи против набегов с моря.
Поняв в конце концов, что не дождется оной, леди Джоанна облачилась в кольчугу и возглавила ополчение Бобрового Утеса и Ланниспорта. В песнях поется, как она уложила дюжину Железных Людей под стенами Кайса, но это можно со спокойной душой приписать воображению хмельных бардов: леди шла на битву не с мечом, а со знаменем. Воинов тем не менее ее мужество вдохновляло, ибо они отстояли Кайс и разбили врага.
