Будешь со мной или нет – не суть. Моей помощи это не отменяет. Что бы ты ни решила и ни ответила, ничего уже не поменяется. Запомнила? А вот теперь скажи: берешь меня такого, или нет?
– Миша, но как же…
– Не думай, Лена! Нет мужа твоего, нет Свана – вообще ничего нет сейчас. Отвечай!
– Беру, господи, беру, но ведь это невоз… – завозилась я в его объятиях, чувствуя внутри какую-то нарастающую невесомость. Так, как если бы вся давившая на меня тяжесть начала испаряться. Иррационально, но как же хорошо.
– Все, отставить болтовню ни о чем! – строго велел Михаил, освобождая меня лишь частично и разворачивая к подъезду.
– Из дома забрать что-то надо? Документы, что-то ценное, вещи на первое время?
Я ошалело посмотрела на него и кивнула.
– Пошли.
– Но я не понимаю… как же… ты же не…
– Тихо, маленькая, сосредоточься. Поговорим потом. Пошли-пошли.
Я пошла, подчиняясь его мягкому давлению на мою поясницу. Разум так и заклинило в удивительном каком-то состоянии «за мгновенье до взлета». Вдохнула и боялась выдохнуть, развеять невозможное.
Миша пришел за мной? Спрятал родителей? Готов забрать вместе с Федькой? Спасет? Защитит? Это правда? Он сможет? Он меня…
– Лен, ну отомри ты уже, – поторопил меня мужчина. – Смотришь так, что сволочью себя чувствую последней.
– Почему? – не поняла я.
– Потому что должен был сразу. Вот так.
– Не должен. Нет. Ты ничего мне не должен, Миша.
– Я теперь только тебе, маленькая, все и должен, – усмехнулся он.
В квартире меня наконец отпустило первое изумление, зато накрывать стало ощущением ускользающего времени.
Вдруг все исчезнет, вдруг появится Сергей и Миша передумает!
Я носилась по квартире как очумелая, закидывая вещи, свои и Федькины, в сумку.
– Лен, спокойно! – притормозил меня мой спаситель. – Тебе некуда особо торопиться. Не забывай ничего супернужного, возвращаться сюда не стоит тебе.
Набив сумку, я огляделась, чувствуя, что прямо-таки горю от нетерпения бежать отсюда. Еще не знаю куда и что там впереди, но лишь бы прочь.
Метнулась к стенке, забрала альбом с фотографиями.
– Все! – кивнула Михаилу.
– Ну и славно. – Он перехватил у меня сумку, за которой потянулась, и взял за руку.
Простой жест, но волна тепла, надежности и надежды покатилась от места нашего контакта до моего как будто внезапно воспарившего наконец сердца. Я ухожу отсюда! Мы уходим!
Но моя радость моментально стала ужасом, когда, выйдя из лифта на первом этаже, мы столкнулись с Сергеем и его двумя дружками.
