Приезжал ко мне дружок из Новосибирска, у них, говорит, она есть, а у нас… У Мухи, что, ума не хватает сообразить, что по легенде «Белая стрела» первой кровь не проливает?
– Муха только обдолбанный понты пуляет, а как протрезвеет, осторожнее станет. Без разрешения Лучика он в пузырь не полезет, а вот на разговор тебя вызвать может.
– Спасибо, что предупредил. Что по поводу Стеллы скажешь?
– Андрей Николаевич, мне кажется, что только мы с тобой вдвоем ее раскусили, для остальных она, как в детстве, – хрупкий безобидный ангелочек.
Муха в последнее время орет на нее, но если кто на девчонку посмотрит, у него шерсть дыбом встает. Когда Стелла нам кокаин принесла, один бродяга улыбнулся ей, так Муха от ярости аж зарычал, затрясся, как припадочный.
– Я думаю, дело будет так: еще пару лет Муха с ней поиграет и новую девчонку найдет. А Стеллу переведет в разряд домработниц или замуж выдаст. Если она уйдет от него в другую семью, Муха перекрестится и свечку в церкви поставит.
А если она от него унижение примет, то Мухе – конец.
– Думаешь, она убьет его? – с сомнением спросил Итальянец.
– Сто процентов! У Стеллы раздвоение личности: она прирежет Муху и будет искренне навзрыд плакать на его похоронах. Меня тут убеждали, что Стелла не сможет свою банду создать. Запросто! Сейчас перестройка, воровские понятия изменились, но не это главное. Плевала Стелла на все понятия! Она выросла среди воров, но воровской мир для нее чужой. Если она создаст свою банду, то это будет нечто совершенно нового типа.
– Я бы к ней в подельники не пошел, – усмехнулся Итальянец.
С конспиративной квартиры я вернулся в управление и узнал неприятную новость: по приказанию заместителя прокурора области Шальнева задержали в качестве подозреваемого швейцара кафе «Встреча» Самошкина.
– Зачем они это сделали, он ведь еще полторы недели должен был в ИВС сидеть по административному аресту? – спросил я у Клементьева.
– Завтра из Москвы в прокуратуру проверяющие приезжают.
Шальнев хочет им пыль в глаза пустить, мол, у нас есть реальный подозреваемый! Он ведь ничем не рискует. Не подтвердится участие Самошкина в групповом убийстве – освободит его из тюрьмы. Своя рука – владыка!
– Везде такая ерунда! – присовокупил я. – Воры хоронят своих лидеров на закрытых кладбищах, прокуроры – кого хотят, того арестовывают, а кого хотят – того освобождают. Не выживет Самошкин в следственном изоляторе.
