На одном был молодой мужчина в форме дознавателя в обнимку с белым длинноногим псом, на другом – тот же мужчина со следами ожога на лице и повязкой на глазу.
В заметке без упоминания имен рассказывалось о том, как этот пес спас хозяину жизнь, бросившись на человека, который хотел убить дознавателя. Пес погиб, но хозяин отделался лишь потерянным глазом.
«Бедные», – прошептала маленькая Тайра и погладила портреты.
Больше она ничего не увидела, сразу после этого пришла в себя. Но теперь девушка хотя бы понимала, что пес не был придуман.
Непонятным оставалось другое – видел ли дознаватель те же сны, что и она? И если видел, почему он ее не помнит? И почему не становится мужчиной во сне?
Тайра закусила губу и покачала головой, плотнее укутываясь в одеяло. Нет, то, что она взяла образ пса из газеты, а не из собственной головы, ничего не значит. Не значит, что он живой человек, а не ее фантазия.
– А запах? – прошептала она, утыкаясь лбом в подушку. – Ты ведь не могла почувствовать тогда его запах. А он одинаковый – и во сне, и в жизни.
Разве так может быть?
Она не знала. И спрашивать об этом у отца не собиралась, боясь, что он может разрушить ее хрупкую надежду на… на что? Тайра не представляла. Она лишь вспоминала, как этот мужчина целовал ее запястья, крепко, страстно сжимая бедра и тяжело дыша, и ей сразу становилось жарко и сладко. И внизу живота тянуло, но не так, как раньше, когда ее обжигали похотливыми взглядами другие мужчины, – нет, иначе. Совсем-совсем иначе.
Интересно, зачем он приехал сюда, в Тиль? И надо ли рассказывать отцу о внешности, скрытой амулетом?.
.
О том, что следует рассказывать отцу, а что не следует, Тайра размышляла все утро, но так и не пришла к однозначному мнению. С одной стороны, Моргану хорошо бы знать, что новый дознаватель скрывает собственную внешность, а с другой…"
"Ну, скрывает. Но это ведь не преступление, иллюзорные амулеты разрешены. Да и что с того? Скрывать можно и прыщ на носу, и шрам от заклинания, который хирурги убрать не в состоянии.
Пятнадцать лет прошло с той заметки, и неизвестно, что за это время случилось в жизни дознавателя. Может, у него лицо все в магических ожогах?
«Нет», – подумала Тайра и поморщилась. Она чувствовала, что это не так. И понимала, что просто пытается найти причину, дабы не рассказывать отцу об увиденном. Даже без упоминания пса, снившегося ей столько лет, было неловко. Неловко, что она выдаст Моргану чужую тайну, которая, возможно, и не стоит того, чтобы ее выдавали.
