– И в такой нищете живет! Погодите-ка!
Не успел я охнуть, как врач вытащила мобильный, набрала номер и воскликнула:
– Татьяна Михайловна? Зоя Васильевна беспокоит. Да ничего, скриплю. Спасибо, он уже в институт поступил, нет, насмотрелся на мать, иностранные языки учить решил. Танечка, возьмешь одного моего больного? Очень надо! Понимаю, конечно, но крайняя необходимость. Это сын писателя Подушкина. Что ты! Хорошо! Ну спасибо.
Быстро сунув телефон на место, Зоя Васильевна повернулась ко мне:
– Не стойте столбом, ищите мужчин, чтобы с носилками помогли, соседей позовите или с улицы кого.
Пристроила я Ивана Павловича в великолепное место, к Татьяне Михайловне, она врач от бога. Уж поверьте мне, все сделает.
– Это муниципальная больница? Я могу заплатить за хорошую клинику, – сказал я.
На лице Зои Васильевны появилось выражение откровенного негодования.
– Да не в красоте палат дело! Не в паркете и телевизоре! А во враче! Иной в трехкомнатных апартаментах за бешеные деньги лежит без толку, не лечат его, а калечат.
Хватит болтать, действуйте.
Через час Егор очнулся в палате на шестерых. Несмотря на скученность, тут ничем противным не пахло, белье на постели оказалось целым, одеяло теплым, подушка мягкой. А по тому, какую активность проявлял медперсонал, я понял, что Зоя Васильевна меня не обманула.
Татьяна Михайловна категорически отказалась брать деньги.
– Вот выпишется ваш Иван Павлович здоровеньким, тогда и посмотрим, – улыбнулась она, – не волнуйтесь, мы и не таких выхаживали, полис только привезите.
Я пообещал завтра непременно доставить полис и решил еще раз заглянуть к Егору. Симпатичная медсестра ставила Дружинину капельницу."
"– И как вы только больных не путаете? – улыбнулся я.
Девушка показала пальцем на спинку кровати.
– У нас порядок. Видите – в специальной рамочке листочек висит. Подушкин Иван Павлович, год рождения, диагноз.
– Как вас зовут? – я решил поближе познакомиться с девочкой.
– Надя, – ответила сестричка.
Я быстро сунул ей в карман халата купюру.
– Надюша, присмотрите за Его… то есть за Иваном Павловичем.
– Спасибо, – смущенно пролепетала она, – но денег не надо, я и так выполню свои обязанности. Вы не переживайте, у Татьяны Михайловны мертвый встанет!
Слегка успокоенный, я спустился на первый этаж, пошел к выходу и услышал шум, потом крик.
– Эй, помогите кто-нибудь, посетительнице плохо.
Я машинально повернул голову и увидел стройную женщину в ярко-красном костюме.
