Во-первых, он встревожится, и ему станет еще хуже, во-вторых, неизвестно, кто решил убить Дружинина. Коли это Трофимов и если он жив, то мой друг находится в большой опасности, ему сейчас лучше мирно дремать в клинике под именем Ивана Павловича Подушкина. Я даже Ольгушке, страшно переживающей кончину сына, не намекнул о том, что Егор жив. Но не можем же мы с Раей похоронить Лену тайком!
– Слава богу, теперь все ясно, – сказал появившийся Павлов.
Я вцепился ему в плечо.
– Доктор, скажите, сколько времени тело может храниться в холодильнике?
– А что? – вопросом на вопрос ответил Павлов.
– Неделю?
– Больше, конечно.
– Две?
– Теоретически и год пролежит, – ответил Сергей Леонидович, – только никто его столько держать не станет.
Я подтолкнул кардиолога к кабинету.
– Помогите нам, пожалуйста. У Лены есть родственники, но они… э… в Америке. Я заплачу любую сумму, только продержите покойную до их приезда.
Павлов взъерошил волосы.
– Мне платить не надо, идите на первый этаж, в комнату пятнадцать, там сидит Марина Васильевна, думаю, она решит вашу проблему.
В указанной комнате меня приняли радушно и все быстро решили. Я расстался с некоей суммой, получил в обмен на нее ворох квитанций и был огорошен предложением:
– Мы можем и ритуальные услуги оказать.
– Огромное спасибо, – выдавил я из себя.
– Работаем для людей, – улыбнулась Марина Васильевна, – значит, пока Дружинину на две недельки придержим, а там, если родственники не прилетят, продлим срок. Не беспокойтесь.
Вы платите, мы стараемся.
Оказавшись в машине, Раиса пошмыгала носом, потом сказала:
– У меня денег на похороны нет!
– Не волнуйтесь, я все возьму на себя.
– И к свекрови ее я не поеду!
– Не надо.
– Письмо Эдите сами везите!
– Но у меня нет ни ее адреса, ни телефона.
– Тормози, – велела Рая.
– Где? – растерялся я.
– У метро! – рявкнула она.
«Жигули» покорно замерли у столба с буквой «М»."
"– Я ей и так много помогала, – нервно заявила Рая, вытаскивая телефон, – вот сейчас номер напишу, звони Эдите, развози сам записки, объясняй все, мне плохо, голова болит, температура поднялась, грипп подхватила.
С Юркой я ее покрывала и в морг ходила, теперь твоя очередь суетиться. Знаю, знаю, на тех, кто подставляется, охотно катаются. Ща начнется: Рая, гони бабки на гроб, блины пеки, народ оповещай! Нетушки, без меня!
Я не успел и глазом моргнуть, как Раиса юркой лаской выскочила из машины и опрометью кинулась к метро.
