— Вы хотите сказать, что она не догадывается, что за ней наблюдают? — ахнула Харриет.
— Да. Подожди, то ли еще будет!
Ровена повернулась к зеркалу лицом, и Харриет замерла от восхищения. Фигура актрисы была изумительной: высокая грудь, большие красивые соски, тонкая талия, плавно переходящая в крутые бедра. Лишь ноги имели маленький недостаток — они были не такими длинными, как у Харриет, и с резко очертанными икрами.
— Она нас слышит? — шепотом спросила Харриет.
— Если мы начнем шуметь, то услышит. Но разговор ей не слышен, как, правда, и нам не удастся услышать ни слова.
Не успела Харриет сообразить, почему это его огорчает, если Ровена собирается спать, как в спальню вошел мужчина. При его появлении Ровена совершенно не смутилась и не попыталась прикрыть наготу, что немало озадачило Харриет, поскольку этим человеком оказался Крис.
Ровена взглянула на брата со страхом и вожделением.
— Только не сегодня! Пожалуйста, Крис, — прошептала она. — Я действительно устала и…
— Ты не устала, а испугалась, лгунья! Тебе пришлись не по душе кинематографические эксперименты Льюиса, не так ли? В них слишком много голой правды, и тебе это неприятно.
— А тебе бы понравилось наблюдать, как твоей женой овладевает другой мужчина? — спросила Ровена.
— Глупый вопрос! Ты знаешь, что я не женат и не собираюсь жениться. Мне нужна одна ты, а тебе — только я. Но вы с Льюисом слишком глупы, чтобы понять это. Может быть, игра, которую он затеял, раскроет вам глаза.
— Я его люблю, — возразила Ровена.
— Нет, ты любишь меня.
Льюис дает тебе положение в свете, ты надеешься, что он спасет твою артистическую карьеру. Но ты его не любишь. Он не способен дать тебе то, что тебе требуется. Разве не так?
— Оставим этот спор, Крис. Я хочу спать!
— А я хочу тебя, — пробормотал Крис и, не дав ей опомниться, схватил за плечи, вывернул руки за спину и связал их шелковым шнуром.
Ровена попятилась к кровати, постепенно возбуждаясь, однако воскликнула:
— Оставь меня! Я тебя не хочу!
Крис дотронулся пальцем до ее торчащего соска.
— Ты снова лукавишь! Сегодня ты наденешь японский пояс!
— Нет! — вскричала Ровена.
— Мне так хочется. И тебе тоже, не лги! Зачем отказывать себе в удовольствии?
— Но ты всегда перегибаешь палку и делаешь мне больно!
— Именно этого тебе и хочется, — ухмыльнулся Крис. — За это ты меня и любишь."
"Он наклонился над комодом возле кровати и, вы двинув один из ящиков, достал из него гибкий круглый шнур, застегивающийся на металлический зажим с пружинкой.
