Послышались громкие вздохи и ахи. Но никто не двигался, все были ошеломлены песней последней иллеми. А я смотрел в печальные глаза, в которых разгоралось пламя алетерны, и пытался осмыслить напеваемые слова.
В его глазах щемящая тоска,
И приговор смертельный неизбежен.
Не верит он, что я пред ним чиста.
Прощенья нет, на гнев сменилась нежность.
Забывшись, я протянул к ней руку, чтобы стереть слезу, пробежавшуюся по нежной щеке. Но Лира отвернулась. Теперь она смотрела только на Древо, направилась к нему, обогнув меня по дуге.
В прострации я обернулся, следя за тем, как тонкая фигура Лиры в алом платье медленно плывёт по направлению к чёрному скелету сердца мира.
Энергия вихрилась в воздухе золотистыми спиралями, поднимала яростные потоки ветра. Фигура Лиры сияла силой её алетерны. Последние иллюзии с её облика пали, окрасив золото алым. Я вслушивался в строки, напеваемые сильным голосом. В голове роились сотни мыслей. Я уже знал, кто передо мной. Знал, но не хотел верить. Только слова припева расставили все по своим местам.
Лети, моя песня, в бездонную высь!
Душа, оживи, расправь свои крылья.
На секунду Древо блеснуло призрачной белоснежной листвой. Не знаю, произошло ли это на самом деле или это был образ из памяти. Я помнил слова песни, они поднимались из глубины души криками агонии брата и запахом крови. Вот почему Лира казалась мне знакомой. Я видел её два года назад у Древа. Тогда принцесса Айлирана убила Ариэса и исчезла, а народ иллеми заснул мёртвым сном.
И вот она снова передо мной.
Средоточие моей ненависти и досады — эта девушка, которую я полюбил. Девушка, что предала, разбив веру. Невыносимый калейдоскоп чувств, слившихся воедино в одном имени: Лира.
Надежда есть, пока теплится жизнь.
Быть может, я ещё буду счастливой.
Лира вскинула руки в стороны, кажется, выкладываясь на полную, нещадно изливая силу. Я опомнился, осознав, что должен что-то предпринять, остановить её, пока она снова не исчезла. Но раньше, чем я добежал до Лиры, свет померк. Испещренная трещинами кора впитала энергию алетерны и почти полностью рассеяла её.
Древо не услышало просьбы последней иллеми. Думаю, оно не способно услышать больше никого.
Обессилев, Лира рухнула на колени, опершись на руки. Она тяжело дышала, глядя перед собой. А на пол падали капли её слёз. Словно почувствовав, что я нахожусь за её спиной, она обернулась. Бесконечно прекрасная и сломленная потерей.
— Древо не отозвалось. Ты понимаешь, что это значит?
— Да. Мир на пороге гибели.
