Кое-как отбил первый брошенный крюк мечом. А вот второй не успел. Он зацепился за край крыла, отводя его в сторону, отчего я потерял равновесие. А потом произошло страшное. Веревка обвязалась вокруг талии Лиры. Острый крюк впился в её бедро, вырвав вскрик боли с прекрасных губ. Её ладонь выскользнула из моей. И мелькнула горькая мысль, что я в последний раз держал любимую в руках.
Новый крюк впился в плечо, не давая мне прийти на помощь. Лиру потащили по земле назад. А я рухнул на колени, когда веревка обвила щиколотку.
Одна за другой, они обвивали руки и ноги, не давая мне ни обороняться, ни просто встать на ноги. Боли почти не чувствовал, потому что все чувства были сосредоточены на ней. Я не мог отвести взгляда от Лиры. Кровь хлестала из её раны, окрашивая платье алым. Она плакала, отчаянно пыталась вырваться и кричала так громко, что закладывало уши.
— Идиоты! — раздался злой оклик Дорана. — Сказал же, быть с ней осторожнее.
Он вздёрнул Лиру на ноги, зажал ей рот рукой, прерывая полный безысходности крик.
Видеть её в лапах этого ублюдка было выше моих сил.
— Отпусти её! — вновь попытался вскочить, дергал руками и ногами, пытаясь вырваться, пробиться к ней, спасти.
Но веревки натянулись лишь сильнее, вгоняя острые лезвия глубже в плоть.
— Деймос, — рассмеялся он. — Как давно я мечтал об этом мгновении… — он ахнул, когда Лира укусила его, пытаясь вырваться.
Злой крик иллеми был подобен грому. Альвы, что находились ближе к ней, рухнули на колени, прижимая руки к кровоточащим ушам. Я даже сумел вскочить на ноги.
Но вырваться ей так и не удалось. Короткий удар Дорана под ребра прервал крик девушки. Веревки натянулись, вынуждая меня вновь упасть на колени в лужу набежавшей подо мной крови.
— Убить его, — приказал Доран, оттаскивая сопротивляющуюся Лиру в сторону леса. — Хочу его крылья.
Альв тащил мою жену прочь. Крылья грубо расправили за моей спиной, а один из альвов со злорадной улыбкой на губах направился ко мне, на ходу высвобождая меч из ножен. Я стремился к ней, пытался вырваться, хоть и понимал всю тщетность попыток.
И всё смотрел в полные слёз и отчаяния золотые глаза любимой, пока она не скрылась за деревьеями. Собственное бессилие рвало душу на части, испепеляло, оставляло за собой выжженные рваные раны. Боль не имела значение, как и взметнувшийся для удара меч. Ведь я не смог защитить её, не смог спасти. Прости меня, Лира. И прощай…
Глава 35
/Айлирана/
Пожалуйста, пусть это кошмар закончится. Пусть окажется, что я сплю.
