Я вдруг застываю и наслаждаюсь первым в своей жизни оргазмом от проникновения.
Когда Андрей подходит к финишу, то сильнее сдавливает мои бёдра и наваливается сверху. Не стонет, но рвано и хрипло дышит, совершая ряд максимально частых толчков.
Я глажу его шею, изящнее прогибаюсь. Мечтаю, чтобы ему было со мной настолько хорошо, как никогда и ни с кем другим.
— Давай сменю презерватив, и продолжим, — произносит Бакурин мне в губы. — Как ты хочешь?
Я по-настоящему теряюсь. Наверное, где-то в подсознании боюсь услышать насмешку.
— В постели. Полностью обнаженными. И ты сверху.
Андрей задумывается, но кивает. Выходит из меня, снимает презерватив и застёгивает молнию на брюках.
После того, как он возвращается в номер — я остываю и следую за ним. Подхватывая трусики, придерживаю корсет. Думаю о том, когда в моей жизни всё настолько изменилось? Я трахалась на балконе, сверкая голыми сиськами. Не испытывая смущения и стыда. Позволяя над собой доминировать."
"Полностью сняв с себя одежду, я забираюсь на широкую двуспальную кровать и укрываюсь одеялом до самой шеи.
Пока жду Бакурина — потряхивает.
Он появляется в спальне полностью обнажённым. По телу стекают капли воды, член снова призывно стоит и покачивается при ходьбе. И я сомневаюсь в том, что за время перерыва он вообще хоть на секунду опадал.
— Можно и без презерватива, — спешно проговариваю, когда Андрей достаёт из прикроватной тумбы закрытую упаковку. — Я ничем не болею.
— А мою справку ты видела? — усмехается в ответ и вскрывает пачку.
— Нет.
Гонщик вскидывает взгляд. Смотрит настолько пронзительно, что моё несчастное сердце начинает громко колотиться.
— На будущее: никогда не трахайся с парнем без защиты, пока не увидишь свежую справку с исследованиями крови и мазка из половых органов.
— Мне никто, кроме тебя, не нужен.
Андрей откидывает одеяло, ложится сверху и вдавливает меня в матрас.
— Все вы так говорите.
— И ты в свою очередь не захочешь, чтобы я была с другим.
— Жека.
.. — открыто улыбается, но не заканчивает фразу.
Лучше не надо.
Я обвиваю ногами его бёдра и жмусь всем телом к нему. В глазах напротив звучит безмолвный вопрос: «Так ты хотела?». Тянусь рукой к светильнику, гашу свет до минимума. Обнимаю гонщика за шею, довольно прищуриваюсь.
— Да. Медленно, неспешно. С ласками и длительными взглядами.
Бакурин вновь заполняет меня собой, даря болезненно-приятные ощущения, которые заставляют низ живота налиться свинцом.
