И что бы ты не думал, она не возражает. Женщины всегда влюбляются в меня, даже такие, как она.
– Ты никогда не сможешь доверять ей. Она – русская.
– Мне не требуется доверие, именно благодаря его отсутствию я все еще жив, – пошутил Тео. – Я приеду к завтраку, Викензо. Не думай об этом больше, чем необходимо. Лучше иди к своей жене, раз уж она, наконец, дома.
Брат положил трубку, заканчивая разговор, и Тео отправился прямиком в свой личный спортзал. Выходить среди ночи не хотелось, но ему необходимо было выпустить пар хотя бы на боксерской груше.
* * *Жену Викензо, Бьянку, отпустили домой и, учитывая, что она с трудом вспоминала окружающих, и заново училась ходить, состояние его брата было опасно для окружающих. Дону ничего не стоило сорваться на ком-нибудь и его люди очень неохотно шли на контакт с ним. Казалось, Тео был единственным, кого не заботило эмоциональное состояние Викензо, ведь наведываясь в его дом следующим утром, он не чувствовал даже толики волнения и совсем не нервничал.
– Доброе утро, – поздоровался он с сестрой, проходя в столовую, где она завтракала в одиночестве.
– Тео! – радостно воскликнула Виви, крепко обнимая его. – Где ты пропадал? Я тебя неделю не видела, а может и больше!
– Устала от общества нашего брата? – пошутил он, целуя ее в лоб.
Вивиана с детства любила тактильный контакт, таким образом она проявляла свою любовь, и он научился подстраиваться, делая это уже на автомате. Усадив сестру обратно на стул, Тео сел рядом, накладывая себе бекон и яичницу.
– Он и вправду невыносим в последнее время, – шепотом сказала Вивиана.
– Вчера Бьянка меня вспомнила и то, что у нее нет даже проблеска воспоминаний о нем самом, очень задевает Энзо. Но что в этом удивительного, если мы с ней общались каждый день на протяжении нескольких лет, а с ним она фактически познакомилась лишь за несколько месяцев до аварии? Конечно, сейчас он проводит с ней очень много времени, но ведь ее организму нужно время, чтобы выздороветь, а он очень нетерпелив. Бьянка даже не может держать в руках малыша! Но она его очень любит.
Я часто приношу его ей и Энзо тоже.
– У нашего племянника все еще нет имени? – спросил Тео.
Он не слишком интересовался ребенком и едва ли проявлял к нему чувства, но раз это был сын Викензо, Тео внес его в список своих приоритетов. Все, кого любил его брат, включая и Бьянку, могли рассчитывать на защиту и покровительство со стороны Тео."
"– Нет, Энзо даже не спрашивал у нее. Бьянке едва ли сейчас до выбора имени.
