След вёл в Нью-Дели, и…
Анэтик рассмеялся:
— И ты сунулся в Индию? Один?
— Не один! У нас была группа, и даже разрешение от государственной службы безопасности! Проводник, договорённости…
— Договорённости! — снова посмеялся туманоликий, — Друг мой, ты ведь уже понял, что это за страна? Понял, к кому попал в плен?
— К одному из шахов-пожирателей…
— Хм… Мозги вроде есть, и всё-равно попёрся сюда? Странно…
— У нас были договорённости! Имперские делегации редко пускают в Индию, но пускают! И обычно…
— Вот именно — обычно! — поднял палец Анэтик, — Правительство здесь есть… Но только там, где мы привыкли видеть цивилизацию — в крупных городах, например.
Да и то — номинальное! Этим субконтинентом, Артур, управляют пожиратели. Гостем одного из них ты и стал — не самого крупного калибра, надо заметить. Этот шах — мелочь, пыль, под ногами тех, кто действительно принимает решения.
— Но ведь договорённости…"
"— Договоры здесь не значат ничего, — отрезал мужчина в костюме, — И правительству абсолютно плевать, вернутся путешественники домой, или нет.
Ты сам сказал — обычно всё нормально. «Обычно»! Но это «обычно» — примерно пятьдесят процентов от «необычно», понимаешь? Те, кто возвращается — прибывают сюда с ротой отборных магов-магистров, «Витязями», и ведут такие дела, которые важны Империи. А группы вроде твоей… Ты ведь не родственник императорской семьи? Не родственник тех, кто сидит на самой верхушке власти, верно? Не отвечай, я и так это вижу. Если пропадёт такой, как ты — пусть и дворянин, пусть и десяток самоуверенных дворянинов империи — посольство только разведёт руками.
Расскажет байку о юнцах, которые решили посмотреть на древнее ущелье — а их там сожрали пурпурные тигры. никаких доказательств — и разбираться никто не будет.
Артур замолчал и насупился — но по его виду я понял, что он и сам уже успел всё это осознать. Ещё бы — после такого-то приключения.
Анэтик, тем временем, продолжал:
— Это в остальном мире во главу угла сейчас ставят «цивилизованность»! Конец двадцатого века, как-никак, просвещённое время.
Но здесь… Здесь всё так, как было сотни лет назад. А ты просто поддался юношеским порывам — и рискнул головой.
Так-так-так… Конец двадцатого века? Значит, этим воспоминаниям по-меньшей мере тридцать лет! Надо бы иметь это в виду.
— Меня вырубили прямо на улице Нью-Дели…
— Я же говорю — неудивительно. Неспроста в Индию не рвутся туристы… Полагаю, лет через двадцать местные и вовсе закроют границы.
