Заинтересованных — и очень уставших…
— А чего ещё болтают?
— Да о чём тут только не треплются, — махнул рукой Василий, закидывая в рот огромный кусок лосося, — Шплетни, шкандалы, шделки родишелей… Вшё как обышно.
Перебрасываясь незначительными фразами, мы прикончили завтрак, и направились к западной башне, сопровождаемые одним из целителей. Оказалось, что у Василия сегодня вторая процедура, и им всё ещё занимаются основные специалисты.
Я пропустил его вперёд, и когда один из целителей велел мне подождать пару часов — отправился изучать окрестности.
Вернувшись, я застал Василия выходящего из «больничной» палаты на втором этаже. Парень показал мне большой палец.
— Нормально? — спросил я, проходя мимо.
— Пойдёт… Надо только отлежаться, а то изнутри всё жжёт, будто всё Каролиной Рипер натёрли!
Я посмеялся, и поднялся в кабинет Геллештейна-младшего.
— Можно?
— Марк! Доброе утро, заходи!
Дмитрий встретил меня с улыбкой, но я чувствовал лёгкое напряжение. Первичный осмотр — дело простое, но уровень специалистов в этой клинике очень высок.
И они будут копаться в структуре моей искры. Что, если они обнаружат что-то необычное? Например — следы магии «пожирателя»?
Хм… Интересно, как они поступят, если поймут, что я не совсем обычный маг?
О-о-о, тут даже представлять не надо. Полиция, военные, инквизиция, громкие заголовки новостных лент, интервью со всеми, с кем я общался последний год…
Представляю лицо Юсупова, когда он о таком узнает.
Тряхнув головой, я отбросил эти идиотские мысли.
Ничего они не узнают! Пожирателя можно определить только когда он сам себя проявляет!
— Расслабьтесь, Марк, — сказал Дмитрий, видимо, заметив моё настороженное выражение лица. Он подключил к моей груди и рукам мне несколько датчиков, — Это просто стандартная диагностика.
Я кивнул. Дмитрий несколькими точными «паутинными» заклинаниями подсоединил датчики к компьютеру, и активировал программу сканирования. Я тут же почувствовал, как чужая энергия скользит по моим каналам, проходит через искру, изучая её структуру.
Это продолжалось минут пять, пока младший Геллерштейн делал какие-то пометки в планшете и изменял интенсивность энергетических волн.
Затем он отключил датчики и снова улыбнулся мне.
— Что ж, у тебя всё в порядке. Энергетика слабая, на уровне нижнего порога Ученика. Сильно смешанная, что неудивительно для неведомого. Никаких перекосов — вообще никаких. Это редкость, даже для таких, как ты.
