Так что получалось, что в пространственный карман Пеля вернуться нам больше не удалось бы…
Короче говоря, мы сосредоточились на самом важном — исследованиях. Поэтому, используя куртки в качестве вещевых мешков, мы забили их книгами и дневниками, а ещё прихватили поместившиеся туда же коробочки с различными ингредиентами (знакомыми и не очень), и разной мелочёвкой вроде калибровочных амулетов и мелких инструментов.
Выглядели мы в тот момент как цыгане на выгуле…
Жаль, конечно, было оставлять на столах уникальные устройства Пеля — но тут уже ничего поделать было нельзя.
Пришлось выбирать — и знания, которые хранились в бумагах давно умершего алхимика, были куда важнее.
Я опасался, что портал выкинет нас обратно в Купол Зингера, и придётся разбираться с властями — но нам повезло. Нас выбросило рядом с башней грифонов, в тихом и закрытом дворе, так что наше возвращение осталось незамеченным.
В общем, притащив всё это барахло в отель, мы привели себя в порядок и следующие несколько дней не вылезали оттуда — отдыхали, плавали в бассейне, завтракали на террасе с видом на крыши Петербурга, катались на яхтах.
Илона, которая проспала всю нашу схватку, расспрашивала меня о случившемся — и я рассказал ей… Лишь часть.
Да, я понимал, что мы вместе, и что ограничивая её от правды в какой-то мере ставлю подругу в опасность, но…
Узнай она правду — и для неё жизнь стала бы ещё опаснее.
Поэтому я опустил наш разговор с некромантом и его воспоминания.
Сказал лишь, что успел отбить усыпивший её удар, а затем появился грифон и всё закрутилось. И что некроманта я убил, потому что он был истощён схваткой с чудищем.
Кажется, она мне поверила.
Так что на этом мы больше не заостряли внимание, и сосредоточились на другом — на попытках разобраться с записями Пеля.
Этим же мы и продолжили заниматься, когда вернулись в Москву через три дня. И прямо сейчас я, лёжа на кровати в своей комнате, вчитывался в взяь убористого старорусского почерка Пеля, пытаясь отследить закономерности в сложных структурах заклинаний.
Было раннее утро, за окном занимался розоватый восход — но мне не спалось. Хотелось использовать максимум времени — и с пользой, раз уж у меня выдалась короткая передышка.
Дневники, записи, артефакты — всё это было настоящим сокровищем! Но бегло изучив нашу добычу, я понял, что разобраться во всём этом будет не так просто.
