Не будете отвечать на вопросы — изнасилуем девчонку. Они сразу и не поняли, продолжали орать. Ильяс, в подтверждение моей угрозы, взялся за девчонку. Она начала брыкаться, но после хорошей затрещины обмякла.
Ильяс содрал с неё штанишки, разложил на диване, как ту курочку для насадки на вертел, и приспустил свои брюки.
Ну, блин… Он, конечно, крупнее меня, но вовсе не богатырь. Для явно выраженных атлетов, вообще говоря, работа диверсанта противопоказана. Потому что атлета легко запомнить. А двух атлетов рядом — тем более.
Да, пацаны такие здоровенькие были, я ещё подумал — спортсмены, наверное… Короче, Ильяс с виду — обычный парень среднего телосложения. Но лафет у него — извините! Как только его с такой снастью в диверсанты взяли? Это ведь особая примета — в общую баню, например, или на пляж, — даже и не думай.
В общем, как только тётки увидели это, сразу сдались. Покорил их Ильяс своими пропорциями, которые, кстати, стали на глазах подрастать. Девчонка-то — вот она, готова к употреблению.
В глазах у обоих тёток — ужас, трясутся все, мама рыдать начала, умоляет: не троньте дочь, лучше возьмите меня! Да понятно, что для тебя это лучше.
Но ещё лучше быстро ответить на вопросы и как можно быстрее расстаться. А если мне покажется, что вы недостаточно искренни — не обессудьте…
Да, видимо, мама любит дочку, даром что та в папу удалась. Ответила быстро, толково, даже и не пыталась юлить. Даже насчёт шубки раскололась. То есть папа заикнулся — мол, на днях обстряпаю одно дельце, если будет всё удачно, дочке норковую шубку подарю.
В общем тут всё было ясно. Любой военный вам скажет, чем может промышлять начальник строевой части объединённой группировки. Это большой человек с огромными возможностями. И активность контрразведки тут вполне объяснима. Строевики и товарищи, имеющие дело с АТВ (арттехвооружение), для особистов — всегда объект особого внимания.
Непонятно было, по какому поводу его взяли именно сейчас. Полковник Руденко, как настоящий кавказский мужчина, жену в свои дела не посвящал.
Все вопросы по теме проскочили мимо, судя по реакции, жена полковника в самом деле пребывала в неведении по поводу его делишек, и даже не думала запираться. Обстановка как-то не располагала к неискренности.
Короче, мы получили вполне исчерпывающую информацию обо всём, что касалось личности полковника, но ни на шаг не приблизились к решению проблемы по нашему вопросу. Надо было срочно думать, что делать дальше.
— Маску, — скомандовал я Ильясу.
