– Один против троих, на это только Наставник по боевке может – выйти в круг… да ещё и Шестнадцатый! У нас новый герой, господа! Который покажет нам, как правильно есть песок и падать лицом в грязь!
Рядом задыхались от хохота, зажимали рот руками, чтобы не нарушать священные правило – никакого общения за едой, а потом просто начали складывать салфетки поверх подносов, давая сигнал – «обед закончен» и свободно хохотать в голос.
– Вот и правильно… слабым должно учиться терпеть, – назидательно пропел Толстяк, наблюдая, как Коста отстраняется от стола.
"
"Коста сделал шаг назад и чуть склонился, обозначая поклон-вежливое-согласие-со-словами-собеседника, чтобы было удобнее ухватить скатерть обеими руками. И резко рванул ткань со стола на себя. Вверх взлетело все – подносы, ножи, пиалы, тарелки, остатки еды, палочки изо рта одного ученика, и разметало по столовой быстрее, чем успели перехватить плетениями – хотя ещё миг, и они бы успели запитать узлы силой.
– Ты-ы-ы… – Толстяк встал напротив, утирая лицо и отводя руку для удара – ладонь уже полыхнула силой.
Коста стоял спокойно – Пятый разъяснил ему, что драки, тем более с неоправданным использованием силы запрещены, помимо наказания в карцере, и штрафных, снимут столько баллов, что скатишься даже не на строчку ниже – а на пять-десять.
Ему – всё равно и падать уже некуда, и силу он не применял.
Но явно не всё равно тому, кто занимает пятую строчку сверху.
– Тихо! – властный окрик с «привилегированной» части столовой, где за отдельным столом сидели лучшие ученики прозвучал хлестко и резко. – Девятый!
Толстяк медленно, явно борясь с самим собой опускал руку, отведенную для плетения вниз.
Коста помолчал, отряхнулся ещё раз, с удовольствием обрызгав рядом стоящих рядом, и медленно повторил:
– За любую ошибку последует наказание.
А если силы не хватает даже на то, чтобы удержать подносы на столе, может… стоит просто… меньше жрать? Это пойдет на пользу… фигуре…
– Девятый! – Третий ученик встал из-за стола и подошел к ним, Толстяк немного склонил голову, подчиняясь. – Использовать силу против… бессильных… в этом нет чести, – произнес он медово.
Коста сжал кулаки.
