Лавки он выбрал верно – специи и крупы требовались каждый день, и народ то и дело сновал мимо, останавливаясь, чтобы обсудить произошедшее за последние дни – маленький прибрежный город гудел.
– Нет, ну где это видано… Только Глава за порог – сразу понабежали… откель столько магов?
– Говорят ловили кого-то, – цокнули в ответ. – Прошлая ночь выдалась жаркой.
– Даже еси и ловили – мы причем? Столько убытков… Южане эти – приют этой ночью пожгли – детишки в чем виноваты?
– Да…
– Одни проблемы от энтих магов! Куда смотрят Арры?
– Говорят – ждут, – тихо шепнули в ответ.
– Гербов много – больше десятка… куда им против десяти кланов…
– И что? – подбоченилась торговка, которая отмеряла специи. – Так и терпеть что ли? Пока всех не пожгут? Приют пожгли! Лавки пожгли! Таверну на границе с ремесленным пожгли! Склады эвона и те пожгли! Чего ждать будем, пока рынок пожгут?!
– Да тихо ты, тихо…
– И почему Арры не выгонят магов?
– Не могут, – прошептали в ответ. – кланы ого-го…"
"– Так сколько можно простой люд притеснять… по утренней заре торговца сожгли… сколько ещё…
– Держи вора, держи! Держи вора!!! – раздалось с дальних рядов.
Торговки рядом всполошились, выбежав из-за прилавков.
Мальчишка – невысокий, с хитрым рябым лицом и длинным хвостом с рыжими подпалинами, быстро уворачивался от погони, пролетел мимо, свистнул и, перевернув лоток со специями в сторону погони – мешочки взлетели в воздух – красная, серая, белая, черная пыль посыпалась вниз и…
– Пчхи… Пчхи…
Коста улучил момент – сунул в карман мешочек со специями и смахнул баночку с жирным кремом в руку…
– Держи его! Держи! Рыжее ворье!!!
– Береги глаза… Глаза береги!!!
– Перец!!!
– Изве-е-е-ерг!!!
… и рыжий тощийхвост мелькнул в ближайшем проулке.
Только его и видели.
– Он не один! Видит Немес, не один! Тут много такого ворья! Ищите ещё мелких!!!
– Тут один сидел! Рядом!!!
Но Коста был уже далеко – бежал, спеша убраться с рынка, швыркая носом, и то и дело утирая слезящиеся от специй глаза.
* * *Окраина, граница торгового квартала, проулки
Легкие горели.
Коста дышал с присвистом, через раз, жадно заглатывая сухой воздух, царапающий гортань, хрипел, утирал нос рукавом, поскальзываясь на поворотах – тубус то и дело норовил сползти с плеча.
Два дома, три. Четыре улицы и он – будет под мостом на окраине…
– Эге-гей! Эге-гей! Беги, тощий, беги!!!
– Чу, его! Чу!
В последний поворот он не вписался – перед низким домом дорога превратилась в лужу грязи с очистками, не высохшая с ночи.
