* * *Третий приток Ганги,
Трюм, вечер
Вереница за едой была короткой, как и утром. Четвертый десяток терпеливо стоял за кашей, а Коста ждал воды. Свою порцию он уже сьел, отдав треть «пигалице». Вылизал миску и перебросил следующему из другого десятка.
Пить хотелось неимоверно. И Мастер – пылал. И Коста надеялся напоить Наставника – заливая в рот по чуть-чуть, если удастся.
– Боги оставили меня… – донеслось до него едва слышно, когда очередной из очереди протянул чашку за едой.
– Боги оставили меня…
– Боги оставили меня…
– Боги оставили меня…
Коста молчал и пересчитывал тех, кто остался сегодня голодным – пять, шесть, семь.
Семь – «принципиальных», верующих, которые отказались произносить вслух то, что потребовал бугай.
Наставник сказал бы не принципиальные, а «тупые». «Тупые идиоты». Коста произнес всё без запинки, когда протягивал миску, потому что знал – Великий точно не тупой, и точно поймет, почему ему, Косте, важно поесть. Не поест – не выживет, не выживет – не выберется, не выберется – не вернется в храм Великого поставить свечи за спасение.
Все – просто."
"Старик, которого избили утром, так и валялся на полу – чуть в стороне, показательно напоминая каждому, что бывает. Трогать старика запретили – и тот стонал тихо-тихо. Коста старался не слушать. Каждый – за себя. А он – ещё и за мастера. Но редкие тихие стоны все равно заставляли его вздрагивать и тянуться проверить наставника лишний раз.
– Вода! Первый десяток – построились! – дверь в трюм закрылась, бугаи перетащили через порог два полных ведра и выставили рядом.
Граница двери сверкнула плетениями и погасла. «Мастеровой» сказал, что «глушат» по периметру внутри трюма, а снаружи – наверняка стоит «купол тишины».
Коста стоял за водой в третьем десятке, так же, как за кашей. Первое ведро уже кончилось – и начали разливать второе. Правда сначала весь трюм терпеливо ждал, пока напьются “четверо” и не по одному разу.
– Боги оставили меня…
– Боги оставили меня…
Коста сделал шаг вперед – на один шаг ближе к вожделенной воде – миску к ковшу на вытянутых руках уже протягивала стоящая перед ним мистрис, но вместо того, чтобы сказать положенное…
– Чтоб ты сдох!!! – женщина отбросила ковшик и со всей силы выплеснула воду прямо в лицо бугаю.
– Боги не оставили меня! И никогда не оставят!
– А-а-ар-рр-р-р… – взревел бугай, отряхиваясь от воды. – Тварь!!!
– Мара всегда со мной… а-а-а-а….
Мистрис схватили за волосы, поставили на колени, рядом с ведром.
– Кто ещё?!! – проревел бугай.
