— Теперь вы обязаны сдать меня верховным демонам, — горько усмехнулась я. — Ведь такие, как мы — угроза миру.
Но Дуайт удивил. Он прикоснулся к моей руке и негромко сказал:
— Я ни за что в жизни не сделаю этого, Катажина. Они вас казнят. А тогда… Не смогу жить и я.
— Что? — я с удивлением вскинула глаза на молодого целителя.
Я-то уже попрощалась со своей новой жизнью и даром, а он…
— Я не знаю, как это произошло, но мне хватило одного взгляда, чтобы… — очень спокойно и очень серьезно сказал Уолтон, но не закончил.
— Я не могу контролировать это чувство. Я отдаю себе отчет, что вы — это не совсем вы… И все-таки это вы. Я клянусь, что никогда не выдам вас и… не поставлю в неловкое положение.
Дуайт был так хорош в эту минуту — в нем было благородство, решимость и сила.
Но я не могла ответить на его чувства. Не могла унизить его притворством или суррогатом. От этого было так горько…
Но в то же время так светло.
— Как вы думаете, кто мог наложить на меня эту демоническую защиту? — спросила я, чтоб хоть как-то перевести разговор.
— Это очень сильное и дорогое заклятье, — тут же отозвался он, будто мы говорили о самых обыкновенных вещах. — Обычно такие обереги накладываются при рождении. И я не исключаю, что эта защита была наложена на вас в вашем мире… Я мог бы сказать точнее… Если бы вы открыли личную зону своей ауры…
— В моем мире? — вытаращила глаза я, но это было безумно интересно. — Личная зона? А что это значит?
— Это значит объятие. Или поцелуй, — избегая моего взгляда, ответил Дуайт.
— Если это необходимо, — я пожала плечами.
Поцелуй? Подумаешь… Зато я узнаю о себе больше, чем знаю сейчас. Возможно, я не просто так попала в этот мир и…
Дуайт Уолтон порывисто подошел ко мне. Его светлые и чистые серые глаза, близко и…
— Я так не могу, — он отвернулся. — Я же вижу, что вы не испытываете ко мне ответных чувств. Не так. Только не так. И мой совет вам на будущее — если подпустите кого-то к себе близко и откроете для него личную ауру, он сможет понять и увидеть… Что вы не из Инферно.
— Благодарю вас, — тихо сказала я. — Благодарю. Простите.
А что я еще могла сказать или сделать? Набросила капюшон накидки, отвернулась и вышла за дверь.
29 глава
Вилберн-парк был излюбленным местом для прогулок высшей знати.
Все здесь было ухожено и идеально: красивые дорожки из матовых сиреневатых и зеленоватых камней, подстриженные зеленые газоны, скульптуры из травы, стрельчатые арки и величественные беседки.
