Сколько таких девочек, как Лина, извели себя из-за чьих-то неосторожных или злых слов. То, что в моём случае стало катализатором, в истории с дочерью Казанского превратилось в смертельный фактор.
Хочется плакать. Усесться на пол, обнять колени руками и разрыдаться. Потому что всё это ужасно несправедливо. Потому что маленькие девочки не должны умирать, особенно таким жутким способом. Слёзы сами катятся из глаз, а я их почти не замечаю, расхаживаю по квартире, будто загнанная в клетку. И самое страшное - не знаю, чего ожидать дальше.
На работе на следующий день Казанский ожидаемо не появляется, но сейчас я не хочу его трогать или надоедать своими звонками. Просто погружаюсь в рабочий процесс, доведённый до автоматизма. Мне так легче.
Сотрудники что-то обсуждают, я даже не могу понять, что именно. Но надеюсь, что не меня или горе, постигшее босса. Порой в голове проскакивают мысли о Кристине. За всем этим калейдоскопом событий совсем забыла о её существовании, но в то, что она забудет о Казанском - не верилось.
Даже боюсь представлять, что сделает Алексей, если эта дамочка нарисуется рядом с ним со своими требованиями.
Проходит два дня, а от Лёши нет никаких вестей, и мне начинает казаться, что я попала в какой-то временной вакуум, из которого никак не могу выбраться. Минуты текут медленно и тягуче, но не приносят с собой никаких изменений. Просто привычные дела и события, в которых я тону, захлёбываясь от бессилия что-либо изменить.
И когда уже я не выдерживаю и начинаю прикидывать в уме, где и у кого мне разузнавать хоть кроху информации о Казанском, он находит меня сам.
Просто звонит в дверь поздно вечером, когда уже собираюсь лечь спать, и когда открываю дверь, спрашивает без приветствий:
- Впустишь?
Я чувствую снова тот самый коктейль, который уже, кажется, стал моим неизменным спутником - облегчение, смешанное со страхом. И когда отступаю, просто кивая, потому что от волнения не могу вымолвить ни слова, понимаю: разговор будет не из простых.
Глава 15"
"Он заходит не сразу, будто сомневается, что стоит это сделать.
Осматривается, и что ожидает увидеть - не знаю. А у меня в голове тысяча мыслей. И миллион страхов. С чем он ко мне пришёл? Не знаю. Ни черта не знаю, и поэтому как струна натянута. Потому что уже чувствую, что всё закончится не так, как мне бы того хотелось.
Всё вообще не так, с того момента, как он меня предупредил, что будет страшно, а я как ребёнок всё глаза пытаюсь закрыть, только не получается.
